Он нахмурился и сделал еще один глоток вина.

— Возможно.

— Точно. И ты этого не хочешь.

— Конечно, не хочу, — рявкнул он. — Это мой народ, Эррин. Из-за них я остался.

Я вздохнула.

— Дашь немного? — попросила я, и он протянул мне вино. Я сделала глоток и вернула кубок ему, во мне боролись разные чувства. С одной стороны мне нужно было радоваться, что появлялись послания Восхода, значит, кто-то — надеюсь, Твайла — боролся. Значит, мы с Мереком были не одни.

Но был и ужас каждый раз, когда Восход что-нибудь делал, из-за детей. Я знала, что големы прошли по городам в ночи и забрали детей из кроватей, так что я разрывалась между радостью за мятежников и страхом, что их действия заставят его совершать поступки еще ужаснее.

Людям пообещали, что дети будут в порядке, что их вернут, когда Аурек убедится в верности людей. Но если они сделают что-то не так, если восстанут… Он не озвучивал угрозу, потому что ему не нужно было говорить это вслух. Если кто-нибудь попробует выступить против него, дети пострадают. И Аурек не знал о пощаде, он забрал даже младенцев из рук матерей.

Меня пугало еще сильнее то, что я подозревала, что сама подала ему мысль, когда он увидел, на что я готова, чтобы спасти Лифа и маму. Силу беспокойства за семью.

— Допустим, ты прав, — начала я. — Допустим, они как-то попали в Лортуну. Что нам делать?

— Мы найдем их и присоединимся к ним, — сказал он так быстро, и я знала, что он ждет этого. Мы всегда приходили к этому.

— Я не могу уйти, — напомнила я ему. — Ты это знаешь. Не пока здесь Сайлас, и не пока Аурек… может управлять мной.

— Он убьет тебя, если ты останешься, и ты это знаешь.

— Нет, если я буду нормально себя вести.

Мерек вскинул бровь.

— Молчи, — сказала я. — Я хотя бы пытаюсь.

— Мы вернулись в начало, — сказал Мерек, протянув мне остатки вина. — Ждать. Чего-то, — он поджал губы.

— Ради Сайласа, — я попыталась успокоить его. — Рано или поздно Аурек уйдет, и мы поймем, где Сайлас, а потом сможем сбежать, — я на секунду позволила подумать о нем, и меня словно ударили в живот. Я обхватила себя руками, боролась с волнами паники, накатывающими на меня. — Может, как-то связать меня, чтобы я не делала ничего по его приказу? Уверена, мы бы справились.

— Если бы найти другого алхимика…

— Даже не думай об этом, — процедила я, и Мерек притих.

Он провел рукой по волосам.

— Я обещал людям безопасность. Когда они короновали меня, я обещал им мир и процветание, свободу. Я обещал развитие. С каждым днем я подвожу их все сильнее. Мне нужно что-то делать.

— Тогда иди, — я не смогла сохранить голос ровным. — Иди и найди ее. Ты ей нужен.

— И оставить тебя здесь?

— Да. Я не хочу, чтобы из-за меня ты думал, что подводишь свой народ. Иди.

Он глубоко вдохнул и протянул руку за кубком.

— Там ничего нет, — сказала я.

Он тихо цокнул и вздохнул, провел снова рукой по коротким волосам.

— И ладно. Слушай, мне жаль, Эррин. Я не должен тебя так терзать. Просто… это я должен вести мятеж. Я. Это мой долг. И я злюсь на себя, а не тебя.