|
— Я тоже. — Меня на приличную работу зовут. — Приятно слышать. Крылов вежливо улыбнулся. Мамоцких нервно дёрнул правым глазом. Анна сделала маленький глоток вина. Эльдар невозмутимо раскурил сигарету. Пауза затягивалась. — Никита, пойди навстречу, а? — умоляюще произнёс Мамоцких. — Я ведь у тебя все оставил, все, что было! Ты ведь круто на мне заработал. — Не настолько круто, чтобы прощать тебе двадцать тысяч, — спокойно ответил Крылов. — Ты ведь понимаешь, Ефим, что их надо вернуть. Это большие деньги… — В голосе послышался металл: — Ты когда сумму поднимешь? — Не быстро. — Мамоцких ещё больше опустил плечи, и казалось, что его нос вот вот уткнётся в стол. — Тогда придётся говорить о процентах, — пожал плечами Крылов. — Ты ведь взрослый мужчина, Ефим, ты понимаешь, что деньги требуют определённого отношения? — Понимаю. — Я тоже тебя понимаю, — проникновенно произнёс Никита. — Ты решил изменить свою жизнь, начать все заново, небось девушку завёл? Мамоцких кивнул. — Я всегда говорил, что у тебя все будет хорошо! Ты сильный мужчина, Ефим, ты твёрдо знаешь, что тебе надо. Ты смотришь вперёд! Как Анна ни старалась, она не услышала в голосе и не увидела в глазах Крылова намёка на издёвку. Никита говорил искренне и уверенно, спокойно обволакивая Мамоцких паутиной слов. Эльдар, понявший, о чем думает девушка, подмигнул и шёпотом спросил: «Молодец, да?» — Молодая жена, карьера, перспективы! Когда ты сможешь вернуть долг? Через месяц сможешь? — Нет. — Ладно, пусть не сможешь… — Крылов на мгновение задумался. — Только для тебя, Ефим, только для тебя: два месяца. Я просто не могу тебе не помочь. Я радуюсь за тебя, я хочу, чтобы у тебя все получилось, но бизнес есть бизнес. Плевать! Ради тебя, Ефим, я нарушу все правила. Два месяца. Я сказал. — Но… — И первые две недели никаких процентов! Ефим, я в тебя верю! — А потом? — робко спросил Мамоцких. — Через две недели? — А через две недели наш обычный процент. — Крылов вздохнул. — С меня ведь тоже спрашивают, Ефим. Я и так иду на большую жертву. — Я вижу. — Мамоцких закусил губу: — Я не подниму такие деньги за два месяца. Да и за три не подниму. Ну, об этом он мог Крылову не говорить: Никита прекрасно понимал положение Ефима. Какую бы перспективную работу он ни нашёл, такие деньги за два месяца не заработать. И в долг ему не дадут — никто не станет связываться с игроком. — С твоими то мозгами? — удивился Крылов. — Ефим, не обижай меня, а то я решу, что общаюсь с кретином. Ты ведь умный мужик? — Да. — Вот видишь. Ты всегда найдёшь выход из положения. — Никита вновь выдержал небольшую паузу: — Ты где сейчас живёшь? — На даче. — Но ведь ты не повезёшь туда молодую жену? Не по мужски это. Надо гнёздышко в столице свить. Квартиру, хотя бы двухкомнатную, с ремонтом и мебелью. — Была у меня квартира, — угрюмо заметил Мамоцких. — Согласись — здорово? — И эту фразу Никита произнёс предельно серьёзно, так, словно понятия не имел, что случилось с дорогой недвижимостью игрока. — Я вот что думаю: дача у тебя хорошая. Прямо скажем — классная дача. Сколько там квадратиков? — Сто восемьдесят. — И находится в приличном месте. Ты её продай, Ефим, и купи для семьи квартиру в Москве. Если не зарываться и взять двухкомнатную в муниципальной новостройке, то и на ремонт денег хватит, и на обстановку, и долг вернуть. А я ради такого дела подожду. Месяц с тебя проценты брать не стану. — Если не зарываться, то деньги даже останутся, — промямлил Мамоцких. |
