— Очень смешно, — проворчал Инэй, болезненно морщась.

Они шли медленно, опираясь друг на друга. Нереальную тишину пустого поселка нарушал лишь скрип утрамбованного снега под сапогами. Он был таким громким, что начал казаться зловещим.

— А что с фальшивыми женами? — решила Мари новым вопросом заглушить нервирующий звук и мысли о настоящей матери. — Каково им было жить во лжи?

Инэй тяжело вздохнул, но отмалчиваться не стал.

— Все не так ужасно, как выглядит со стороны. В большинстве случаев. Разумеется, «жены» не знали о Весте, — голос Короля дрогнул, и Мари снова почувствовала его страх. — Считали, что я продолжаю встречаться с Роксэль. Лирану устраивало притворство. Ко мне трепетных чувств она не питала, ей важен был статус. Детей не выносила, потому отсутствие наследников тоже не являлось проблемой. Но, увы, о внуках грезила моя мать. Впрочем, не это решило судьбу Лираны. Она нарочно провоцировала старую каргу, не считая авторитетом. И доигралась. Я видел, их отношения ухудшаются, но не думал, что дойдет до убийства.

— А Хлада? — Мари не хотела вкладывать в вопрос укор, но он прозвучал. — Она счастливой не выглядела.

— Да, с ней я прогадал, — Инэй поморщился, поправил расстегнувшийся плащ. — Пытался не допустить свадьбы с Кирой, и поставил на клан Лоэ. Не ожидал, что глупенькая девочка воспримет брак всерьез. Сколько было слез, угроз, увещеваний! Даже зельем любовным пыталась опоить. Тщетно, разумеется. Веста подобные вещи быстро вычисляет.

— А потом Хладу убили, — прошептала Мари горько. — Вместо меня.

— Меня такой обмен устраивает, — бросил Инэй. Но потом добавил. Мягче. — Не стоит принимать гибель Хлады на свой счет. Ты не в ответе за действия безумца Игана.

Мари сердито поджала губы и собралась замолчать, но упоминание бывшего главного погодника заставило передумать.

— Эрсла… — протянула она, хмурясь. — Скажите, а он мог вас ненавидеть?

— И желать отомстить? — добавил Король, став очень суровым. — О, да! Это был еще один повод задуматься о тебе. Но мы и здесь попали впросак. Верно, Эрсла ненавидел меня. Лютой ненавистью. Видишь ли, он… — Инэй замялся и скривился, словно собирался произнести нечто очень грязное. — Эрсла много лет любил твою мать, если этим словом можно назвать чувства мерзавца. И даже предлагал покинуть Весенний Дворец, чтобы перебраться на срединную территорию.

— Что-о-о? — Мари споткнулась и непременно упала бы, если б сильные руки Короля ее не удержали. — Эрсла всерьез думал, что она согласится?!

— Я тоже не знаю, что это — самонадеянность или безумие, — Инэй покачал головой. — Получив отказ, Иган стал шпионить и даже сумел выяснить правду о нас. Вредить не рискнул, побоялся получить такого врага, как я. Однако Веста уверена, что видела его возле нашего укрытия через несколько дней после твоего рождения. Поэтому мы и решили перевезти тебя в Эзру, — Инэй примолк на несколько секунд, и Мари почти увидела отражение страшного пожара в синих глазах. — Видимо, Иган сумел понять гораздо больше о тебе, нежели мы. Или обладал дополнительными сведениями. Сейчас этого уже не выяснить…

— Но зачем понадобилось меня убивать?

— Ты переехала во Дворец, и правда могла раскрыться. Иган отчаянно желал не допустить воссоединения семьи. Думаю, наше горе грело ему душу.

— Ненавижу! — прошипела Мари, сжимая кулаки.

Значит, если б не мерзкий занудный погодник, она не попала бы в Эзру! Не оказалась бы у Вирту.