— Да когда же уже? — он шептал себе под нос, но микрофон довольно точно передавал слова. — Блин, что я делаю не так?

Кобаяси поднял платформу до максимума, но высоты всё равно не хватило. Он нацепил на себя монтажный пояс, прицепился к люльке и перелез ближе к турбине. Пару минут он искал наилучший способ эвакуации и, видимо не придумав ничего лучше, схватил парня в свои медвежьи объятия и спиной перевалился обратно в люльку. Работяги снизу одобрительно засвистели, а инженер тихонько засмеялся.

— Наш Кобаяси-сан в одного такие тяжести таскает, — уважительно поведал он, — куда там парнишке деваться. Из этих рук еще никогда ничего не выпадало.

Вышка плавно опустилась и нам открылось поистине занятное зрелище. Лицо Иоширо, грязное от пота и пыли, светилось от восторга, а сзади его уважительно похлопывал по плечу коренастый прораб. Толпа работяг на земле ликовала.

Лицо Иоширо, грязное от пота и грязи, светилось от восторга. Строители, увидев нашего героя, оглушительно засвистели в знак одобрения. Теперь в дело включилась вся стройка, нам же оставалась только роль стороннего наблюдателя. Рядом никого не осталось, и теперь я мог наконец задать Сигуями этот грызущий меня вопрос.

— Сигуями-сан, — начал я, — пока Вы лезли с телефоном в кармане, я слышал несколько странные разговоры.

— Это про мои странные вопросы в никуда? — парень заметно стушевался, — я могу это объяснить, если хотите, а то будете считать меня ненормальным

— Думаю, было бы нелишним, — кивнул я, — честно признаться, слышать сначала это, потом смех и слова, что всё спасёт селфи. Тут любой бы заподозрил что-то с Вами неладное.

— Тут то как раз всё просто, Канэко-сан, — Иоширо несколько поник, но продолжил. — Я боюсь высоты! Очень, безумно, больше всего на свете!

От его неожиданного ответа у меня самого несколько сбилось восприятие, поэтому мой ответ мог показаться ему несколько резким.

— Так какого же рожна Вы попёрлись на эту громадину⁈

— Мне попалась как-то одна история, где мудрец, чтобы преодолеть свой страх, — как сказку для внука рассказывал он, — встречался с ним снова и снова, и в определенный момент времени его победил.

— Такой истории не знаю, — ответил я, — хотя в этом исполнении это похоже на выражение «клин клином вышибать».

— Какая занятная фраза, — удивился Иоширо, — откуда Вы такое знаете?

— Древняя ведическая мудрость, — с улыбкой произнёс я, — знаете, подобным занимаются гештальт-психологи, вот только лучше и правильнее заниматься этим постепенно.

— Зато я, кажется, излечился, — его лицо озарила довольная улыбка. — Какие будут указания, босс?

Я жестом указал на какой-то деревянный короб неподалеку и сам направился к нему. Присев, я стал наблюдать за последним этапом, ради которого всё и было задумано — монтаж и установка этой громадины на своё место. Есть всё-таки нечто медитативное в том, чтобы лицезреть как работают другие люди. Если верить, что человек может бесконечно долго смотреть на три вещи: как горит огонь, как течёт вода и как работают другие, то за работой пожарных можно наблюдать бесконечно.

Последний гидравлический домкрат с глухим шипением отпустил свою могучую хватку. Турбина, этот гигантский железный зверь, наконец-то полностью стояла на своем фундаменте. Ее стальная обшивка, покрытая дорожной пылью и несущая на себе отпечатки рук и ног моего храброго помощника, тускло блестела под яростным светом прожекторов, которые теперь кажутся не столько ослепляющими, сколько торжественными.

Гул двигателей кранов стих, сменяясь нарастающим гомоном голосов. Раздался первый, робкий хлопок. Потом еще один, еще… И вот уже стихийные, усталые, но искренние аплодисменты разносятся по площадке.