Я поднял взгляд, но не на него, а на таймер в общем зале. Осталось чуть больше полутора суток, последние пара дней прошли в каком-то бешеном экспресс режиме, но дело еще не закончилось. Следовало отправить мою команду на отдых, но по их напряженным лицам я понял, что добровольно их отсюда не вывести. Надо же, пусть и таким сложным путём, но у меня вышло собрать настоящую команду, правильно говорят, что ничто так не сплачивает людей, как общая беда.

Битва в доках, сражение за проулок, сколько еще нам предстоит сложностей, прежде чем мы закончим начатое. Я медленно прикрыл глаза, тем самым отсекая жалкий писк своего начальника. Стали всплывать картины последних событий, и это было гораздо важнее, чем нытьё из-за отсутствия жалкой бумажки. Но теперь оставалось только успешно закончить миссию. Победителей не принято судить, и это, пожалуй, был мой единственный шанс остаться на плаву.

Вот только, даже после таких побед, сама война еще не выиграна. Следующим пунктом нашего маршрута был мост, данные о котором были старше, чем ископаемые динозавры. Утрирую, конечно, но в нашем современном «быстром» мире год был весьма большой величиной. Холодный осадок предчувствия беды отравлял, и гроза уже темнела на горизонте, а первыми её отголосками и служил слезливый лепет Хосино.

Глава 3

Синева экранов мониторов в переговорной поглощала последний дневной свет. Это дополнительно давило на сознание — понимание того, что время ни на минуту не прекращает свой бег. Цифры неумолимо приближались к нулю, еще одно «недоразумение», и надежд на попадание во временное окно для своевременного монтажа турбины на станции не останется. Общий зал отдела практически опустел, оставив только дежурных по разным направлениям для своевременной помощи нам. Хиго, Судзуки и Накамура отказались покидать работу, пока дело не сделано. Приятно понимать, что даже такие, достаточно эгоистичные люди ставят общую цель выше своих.

Спёртый воздух не мог победить даже кондиционер, работающий на максимуме. На мониторе мигала точкой машина с турбиной, сейчас она находилась аккурат в ста метрах от очередной «ненадежной» точки нашего маршрута. Спутниковый снимок не давал всей картины, просто большой мост через ныне обмелевшую речку. Вся надежда на компетентность водителя трала да сообразительность Сигуями, который отказался отправляться домой и сейчас ехал в кабине вместе с Утида-сан. Камера продолжала фиксировать всё происходящее, хотя по-честному, подобное онлайн-шоу порядком надоело.

В свете фар появилось основание моста, но сначала в глаза бросился знак, установленный на обочине. Он гласил: «Временное ограничение по весу. До ста десяти тонн». Знак, судя по подписи, был установлен дорожной инспекцией, вот только дату было уже не разобрать, в этом месте написанное уже пришло в негодность. Я полез в данные информационной папки — ни слова про ограничения по весу, но сами данные со спутника в файле не отличались «свежестью». Судя по их данным, равно и тем, что мне смог найти сейчас Хиго, по нему спокойно могла ехать абсолютно любая техника, поэтому данный маршрут и был выбран. Странно что наш «нестандарт» не передвигается в сопровождении машин местных «гайцов», но на это был официальный ответ от службы, что при следовании согласованным маршрутом в указанное окно сопровождение не обязательно. Любопытно, они для нас на несколько дней закрыли часть транспортных артерий, что ли.

Голос моего ассистента вырвал меня из раздумий.

— Канэко-сан, — раздался голос из динамика, немного приглушенный равномерным гулом двигателя, — мы подъезжаем, но вот вопрос. Знак есть, но явно старый, болтается на одной петле. Надписи уже местами затёрты, мы должны его вообще принимать во внимание?

Раздался хлопок двери, и в камере появилось лицо пожилого водителя.