При своей похожести на обычный хронометр, из всех кнопок только та, что я нажал была активной, всё остальное — нерабочая декорация. Момо, поймав воронье перо, гордо принесла его мне в зубах.

— Спасибо за подарок, — я воткнул перо за ухо, чувствуя себя идиотом. — Надеюсь сама ворона при этом не пострадала?

Возвращаясь домой, я заметил, что старик Танака следит за мной из-за шторы. Его тень замерла в оконном проёме, неестественно прямая, будто манекен.

— Не волнуйся, — шепнул я Момо. — Просто местный сумасшедший.

Но, когда я обернулся в следующий раз, его фигуры уже не было.

Солнце светило с таким усердием, будто пыталось компенсировать вчерашний потоп. Я сидел на кухне, тыкая вилкой в яичницу, которая старательно напоминала карту неизвестного континента. Момо, устроившись под столом, методично вылизывала лапу — видимо, готовилась к роли главного критика моего кулинарного перформанса.

— Вот, — я протянул ей кусочек подгоревшего белка. — Гастрономический шедевр «Омлет по-царски», правда отдает нотками копчёной сковородки.

Она флегматично проглотила угощение и ткнулась мордой мне в колено, явно намекая на второе блюдо. Часы на столе медленно тикали с издевательским равнодушием. Таймер показывал порядка десяти часов, словно насмехаясь над моими попытками понять их логику. Я поймал себя на том, что разговариваю с механизмом:

— Ладно, папин прощальный подарок, либо ты расскажешь мне про свои тайны, либо я начну тебя разбирать на составляющие.

В ответ лишь мерцание надписи «Откат системы» и цифры таймера обратного отсчёта. Момо чихнула в знак солидарности.

Не найдя себе лучше занятия, я решил посвятить последний вечер выходного дня прогулке и размышлениям.

Момо носилась по лужайке, снося всё на пути. Её стиль бега напоминал пьяного кабанчика — стремительно, хаотично и с обязательным попаданием в лужу. Я уселся на скамейку, доставая блокнот с отцовскими формулами.

— Послушай, — обратился я к собаке, тыча пальцем в записи. — Почему не писать всё человеческим языком? Или уж как вариант написать инструкцию по использованию этого странного гаджета?

Она в ответ поймала собственную тень и начала с ней бороться. Судя по всему, это была эпичная битва века — бульдожка против силуэта, который упорно не хотел отдавать ей право на первенство.

В очередной раз нажав на кнопку, часы в кармане слегка завибрировали. На циферблате всплыло: «Откат системы, осталось три часа пятнадцать минут».

— О, смотри-ка! — я ткнул Момо в бок. — Совсем скоро можно будет продолжить наш эксперимент. Теперь ты официально ассистентка в моих безумных экспериментах. Зарплата — дополнительные поглаживания за ухом.

Она посмотрела на меня гордым взглядом, будто говорила: «Я и так здесь главный научный сотрудник».

Нет ничего хуже ожидания, тем более что я поймал себя на мысли, что каждые пять минут смотрю на свой хронометр. Между тем, последние пару дней и связанные с ним переживания, чего только стоит случай с грузовиком, порядком вымотали меня.

Некстати вспомнилось, что завтра меня ждет очередной рабочий день, а раз я твердо решил выбраться из той ямы, в которой сидел последний год мой предшественник, мне потребуется работать больше и лучше остальных моих коллег. И не все мои «собратья» рады метаморфозе, происходящей с их недотёпой Джуном. Чего только стоит оппозиция в лице Харуто с его приспешниками.

Решено, отложу испытания моего чудо-прибора до завтра, со свежей головой вероятность разгадать все его тайны шансы будут выше. Поздно вечером дождь снова вернулся и начал громко стучать по отливу окна. Я лежал, уставившись в потолок, пока Момо храпела, свернувшись калачиком на моих ногах. Её лапа дёргалась — наверное, во сне она снова гналась за тем злополучным листком.