- Я выгляжу лучше мертвецов.

- Посмотри на себя в зеркало. Поразишься.

- Проваливай отсюда! - угрожающе прошипел Гарланд. - Да поживей.

- Конечно. Ухожу.

Я пошел вниз по лестнице, не очень быстро и не слишком медленно, чувствуя устремленные мне в спину пять глаз: темные глаза Солта, серые глаза Гарланда и скрытый глаз пистолета.

Глава 7

Клуб "Катей" не отличался никакой восточной экзотикой, если не считать его названия и причудливой оштукатуренной башенки над парадным входом, отдаленно напоминавшей византийские мотивы. Длинное белое двухэтажное здание одиноко стояло в двухстах футах от шоссе в западной части города. Оно расположилось сразу за городской чертой, и водитель такси взял с меня два с половиной доллара, чтобы довезти туда.

Мне пришлось заплатить еще доллар, чтобы войти в клуб, так как толстяк в поношенном смокинге собирал у дверей входную плату. Раньше я видел это заведение, но никогда не заходил внутрь. Такой же, как и сотня других ночных клубов у черты города по всей стране: огромный зал, напоминающий сарай; дешевая простота постройки скрывается плохим освещением и огнеопасными украшениями. В глубине ярусообразная площадка, не очень надежно держащая на себе апатичный и плохо оплачиваемый негритянский оркестр; танцплощадка, на которой толпы оплативших вход клиентов временами двигались под звуки музыки и трижды в день выступали наемные затейники. Остальное помещение забито стоящими почти вплотную друг к другу шаткими столиками и неудобными стульчиками. Официантка-блондинка в ярко-красном брючном костюме указала мне на один из таких столиков и принесла выпивку за девяносто центов, которую так же неприятно глотать, как оскорбление.

- Вы прозевали Арчи Каламуса, - сказала она. - Это лучший комик. Когда он имитирует девушку, собирающуюся на вечеринку...

- Мне, конечно, жаль, что я пропустил Арчи, - прервал я ее.

- Он выступит опять в три утра, если вы захотите подождать. Это только второе представление.

- Великолепно, - заметил я, думая о том, как она разочаруется, не получив чаевых, ради которых работает.

Гавайская танцовщица с голубыми глазами полячки из северо-западной части Чикаго вышла на середину зала и начала крутить бедрами, которые вполне подходили для деторождения. Напоследок она еще несколько раз крутанула бедрами под ритмичный аккомпанемент оркестра и важно удалилась. Толпа захлопала.

- А теперь, дамы и господа, - произнес стройный и смуглый молодой человек, выполнявший обязанности концертмейстера, - я с большой гордостью и удовольствием представляю вам молодого певца, которого вы все знаете. Это потрясающий лирический тенор - Рональд Свифт.

Толпа захлопала и засмеялась.

- Покажи им, Ронни! - выкрикнула какая-то женщина.

Смуглый молодой человек остался там же, где стоял, и начал петь в мягкой, чарующей манере. Я посмотрел вокруг, на посетителей. Они казались людьми с достатком из разных слоев общества. Молодые пары, ждавшие возможности потанцевать, а главное - пригласить к себе или быть приглашенными в другой дом. Более пожилые пары из магазинов, страховых компаний, заводских контор, откусывающие с замечательным чувством стыдливости и отваги свой кусочек настоящей жизни, - они позволяли себе это два раз в месяц. Мужчины среднего возраста, покровительственно ласкающие своих молодых спутниц. Некоторое количество женщин среднего воз-паста, отчаянно старающихся удержать внимание своих более молодых спутников улыбками и болтовней. Несколько незанятых девушек и женщин, пьющих в одиночку и прячущих глаза. Все, кроме этих последних, выпили достаточно, чтобы получать удовольствие.

Потрясающий лирический тенор опять превратился в концертмейстера и объявил выступление потрясающего танцевального дуэта. Мужчина из этой пары с возрастом подвысох, а его партнерша располнела, но танцевали они хорошо.