— Через восемнадцать часов все будет кончено. Государственный секретарь США погибнет, а зал утонет в крови. Силы мира снова отступят, и мы продолжим учить людей, как жить правильно.

— Первый Сулейман аль-Джама писал: «Когда, защищая нашу веру от порчи, мы чувствуем, что наша воля слаба, что наша решимость потухла, что наша сила ушла, мы должны предпринять величайшее усилие и, если потребуется, принести величайшую жертву, дабы показать врагу, что мы никогда не сдадимся».

— Мне больше нравится другое изречение: «Не принявшие ислам оскорбляют Аллаха и заслуживают только пули».

— По заслугам они и получат.

— А теперь познакомь-ка меня с американкой. Скоро она взойдет на борт корабля, где встретит свою судьбу. Мне хочется на нее взглянуть.

ГЛАВА 27

Мечтам Кабрильо подольше полежать в ванне не суждено было сбыться. Он позволил себе быстренько принять душ, лишь когда убедился, что пленников устроили в трюме с максимальным комфортом. Фодль представил Хуану бывшего министра иностранных дел, у которого служил заместителем. Близился полдень; спасенным показали, в какой стороне Мекка, и они впервые за долгое время смогли помолиться.

Кабрильо одевался, когда Макс постучал в дверь и тут же, не дожидаясь приглашения, вошел. С ним были Стоун и Мерфи — последний так и не снял грязный комбинезон.

Увидев командира, Марк заявил:

— Так нечестно.

— Мне положено — я старший по званию, — беззаботно бросил Кабрильо, завязывая шнурки тяжелых ботинок. — Что у вас?

— Террористы, кажется, поверили в затонувший вагон — конечно, они же его своими глазами видели, — сказал Макс. Вертолет нарисовался минут через пятнадцать после вашего прибытия. Марк точно рассчитал время погружения.

Вмешался Эрик:

— Я направил к лагерю беспилотный аппарат. Пришлось подняться повыше, чтобы не засекли, поэтому качество съемки не фонтан, хотя в целом все понятно.

— И что же случилось?

— Ты был прав, — сказал Макс, — военным никто не сопротивлялся. Вертолеты вообще пришли фактически пустые.

— Наверное, заберут кого-то с собой, — предположил Хуан.

— Мы тоже так подумали, — кивнул Эрик. — Старенький Ми-восемь, который вез тебя до лагеря, придется набить под завязку.

— Сколько людей поместится в вертолеты?

— Не меньше пятидесяти.

— Приличный отряд.

— Их цель — конференция, — вставил Марк.

Стоун покачал головой.

— Не получится. Там колоссальные меры предосторожности. Террористу к членам делегаций на пушечный выстрел не подойти.

— Получится, если замешано правительство Ливии, — возразил Макс.

— Да, тут большой вопрос. Если Гами — это Сулейман аль-Джама, то знает ли об этом Каддафи?

— Еще бы Каддафи не знать. Он же сам назначил Гами министром.

— Допустим. Это, впрочем, не доказывает, что Каддафи в курсе его планов.

— А какая разница? — спросил Хэнли.

— Может, и никакой, но все равно нужно выяснить.

— И как же?

— Сейчас объясню. Марк, а эти вертолеты не сбить?

— Понадобится еще один беспилотник, — вставил Эрик. — У первого кончилось топливо, он упал. Впрочем, вот что я успел увидеть.

Он протянул командиру зернистую фотографию, снятую беспилотным аппаратом. Несмотря на ужасное качество, можно было различить, что двое вооруженных людей ведут к вертолету третьего.