— Все это не объясняет радиомолчания, — возразил Кабрильо. — Пилот сообщил бы о неполадке.

— Разумеется, — начал оправдываться Марк. — Однако мы должны рассмотреть все варианты, чтобы лимитировать — вот словечко-то! — область поиска. Вряд ли радио отказало одновременно с двигателями, хотя совпадения не исключены. О, вспомнил! Фэбээровцы допросили тех, кто обслуживал самолет перед вылетом? Вдруг диверсия?

— Лэнгстон сказал, что их как раз сейчас допрашивают.

— Экипаж пусть тоже пробьют по базам. Вдруг кто-нибудь из «Аль-Каеды» затесался?

— Весь экипаж из ВВС. Трудно поверить в их причастность.

— То же самое ЦРУ говорило об Олдридже Эймсе, а ФБР — о Роберте Ханссене. — Несмотря на выдающийся интеллект или, наоборот, благодаря ему, Мерфи обожал указывать другим на ошибки. — Будто ребят из ВВС не подкупишь! Они могли посадить самолет на секретной базе, тогда сейчас ливийцы допрашивают государственного секретаря. — С горящими азартом глазами Мерфи обернулся к Эрику. — Спорим, ее пытают водой? После того, что наши устроили в Гуантанамо… Или подсоединили электроды к ее…

— Джентльмены, не стоит забегать вперед, — перебил Хуан, прежде чем подчиненные перешли к более изощренным техникам ведения допроса.

— Да, простите, — буркнул Эрик, который во время пламенной тирады приятеля ни слова не проронил. — На случай отказа обоих двигателей мы прикинули возможную скорость и высоту. Если считать, что они снижались на пятьдесят метров в минуту, получаем зону поисков примерно в восемьдесят морских миль.

— Так это она на экране?

— Не совсем… — ответил Эрик.

Марк тут же перебил друга.

— Вариант одновременного отказа двигателей и радио мы рассматривали, да только быстро отбросили и придумали кое-что получше.

«Мозговой трест» едва не вывел Хуана из себя, но он сдержался, зная, что Эрик с Марком обожают выставлять свой интеллект. Ну так пусть их покрасуются.

— И к чему вы пришли?

— У самолета отвалился хвост!

— Или часть хвоста, — уточнил Эрик.

— Структурное повреждение хвоста почти наверняка привело бы к отказу радиоантенн, чем и объясняется молчание, — вставил Мерфи. — Ответчик при этом тоже отключился бы.

— В зависимости от тяжести повреждения, — подхватил эстафету Эрик, — самолет мог еще какое-то время лететь. Машина в этом случае очень неустойчива, почти неуправляема. Пилотам остается лишь регулировать тягу двигателей.

— Опасность в том, что «семьсот тридцать седьмой» топливо не сливает. Пилотам приходится нарезать круги, сжигая горючее, или рискнуть садиться с полными баками.

Хуан хотел задать вопрос, но Марк его опередил:

— Они приземлялись в Лондоне, была короткая встреча с английским министром иностранных дел. Там же и дозаправились. По моим расчетам, после инцидента горючего оставалось еще примерно на час полета.

Кабрильо кивнул.

— Даже с минимальной скоростью еще пару сотен миль они протянули бы.

— Но не стали, — вмешался Эрик, — иначе попытались бы сесть в Триполи.

— Действительно. Где ж они тогда?

— Мы объединили два возможных сценария: отказ двигателя и разрушение хвоста, — с гордостью заявил Марк. — Вполне правдоподобно. В этом случае зона поиска сужается до ста квадратных миль. Мы наткнулись на странный объект, но это оказалась скала, похожая на самолет.