— Логичный вопрос, — кивнул Грабовский и сделал театральный жест левой рукой. — Внимание на экран!

За спиной командира корабля загорелась плазменная панель, и мы увидели кадры, снятые явно на экшн-камеру.

На красноватом рыхлом грунте ровными рядами росли деревья с крупными листьями и ярко-желтыми плодами, похожими на наши земные груши. Бойцы в тяжелой броне цвета хаки, с уже знакомыми красными полосами на плечевых бронепластинах, ходили по тропической фруктовой плантации и мрачно переговаривались, осматривая местность. Кто-то из легионеров взял один фрукт с ветки и сдавил — густой сок потек между бронированных пальцев.

А потом камера вслед за взглядом бойца крутанулась вправо, и послышался удивленный и злой мат. Мне тоже захотелось выматериться: под деревьями лежали тела — мужчины, женщины, дети. Многие и многие десятки, наверное, даже сотни. Их одежда казалась чистой, приличной, следов насилия не имелось, позы был вполне умиротворенными. Возникало чувство, что их просто выключили! Вывели в сад — и приказали умереть!

— Содержание этого поселения показалось Системе нецелесообразным, — угрюмо пояснил Грабовский. — Мы не успели. Пришли, когда импланты уже сработали. Да — у каждого из рефаим, живущих на системных мирах в затылке стоит имплант, который контролирует работу его организма, регулирует гормональный баланс, может корректировать эмоциональный фон и — отдает прямые приказы в случае необходимости. Иногда — убивает, вот как в этом случае. А иногда… Смотрите дальше, товарищи.

Следующий ролик был снят уже с летательного аппарата, камера парила на высоте метров двадцати или около того.

Нам показывали укрепленные позиции легионеров с синими полосами на экипировке. Солдаты не стреляли — пребывали в состоянии шока. И было от чего! По шоссейной дороге шла толпа людей — медленно, спокойно, с веселыми улыбками. Молча. Из окопов и дотов раздались крики на английском языке — толпа не реагировала. Прогрохотала первая очередьв воздух — и снова ноль реакции. Полетели гранаты из подствольников, оставляя за собой дымный след — похоже, слезоточивый газ… Человеческое стадо наступало неумолимо, шло сквозь дым, кто-то падал и корчился на дороге, его перешагивали или — топтали, и шли, шли вперед…

— Давайте не будем смотреть дальше, — Грабовский погасил экран. — Это — Атлантический Легион, и у них там тоже получилась бойня. За этой толпой шли харвестеры — те самые фургоны, в которые дроиды обычно грузят людей… Что они делают с пленными — к сожалению, вы скоро узнаете. Каждый должен понимать: задача Легионов — уничтожение Системы как явления. Полностью. Повторюсь: наши наниматели осознали всю чудовищность своей ошибки, признали катастрофическими последствия передачи целых планет под власть машинного разума — и теперь с нашей помощью исправляют этот кошмар. Если грубо — вы здесь, чтобы воевать с роботами. Все, как и было написано в контракте.

Руку поднял Кочубей:

— Если эти эльфы такие развитые, в космос летают и молодость возвращают — почему не решат вопрос сами? Зачем им люди? Зачем им наши огнестрельные пукалки и допотопные технологии? Вот сейчас мы находимся на космическом корабле, ходим по полу на своих двух ногах, актовый зал тут имеется — с пространством проблем никаких. А еще — шпарим к поясу Койпера, да? Это же натуральная фантастика. Сумасшедшая мощь! Зачем им люди?

— Знаете, какое максимальное население мы встречали на системных мирах? — дернул головой Грабовский, а потом снова приложился к своим бутылочкам: из одной отпил, из другой — запил.