На некотором расстоянии от дороги за невысоким подъемом распростерся зеленый луг, граничащий с уже порыжевшим буковым лесом. Там полукругом расположились около дюжины крытых повозок, а вдоль опушки стояло раза в два больше невысоких палаток.

Джулиан с ужасом понял, что это цыганский табор. Он повидал их немало, кочующих по дорогам и ярмаркам в Англии и еще больше – в Испании. Он остановил лошадей.

Его спутница обратила на него оживленные глаза и ослепительно улыбнулась.

– Благодарю вас, милорд, за то, что вы помогли мне разыскать друзей. Не знаю, смогу ли я отплатить вам. – Сказав это, она быстро спустилась на дорогу. – Вам нет необходимости дальше сопровождать меня, – добавила она, когда он, сам не понимая зачем, протянул руку, то ли задержать, то ли помочь спуститься. – Я знаю, что вы торопитесь. А мои друзья не любят горгиос.

Джулиан смутно помнил, что когда то слышал это слово, оно означало «не цыган». А в искренности, с которой она проговорила прощальные слова, трудно было усомниться. В его помощи больше не нуждались.

Он еще не пришел в себя от неожиданности, а у повозок уже начала собираться толпа пестро одетых цыган. Блейз помахала им рукой, торопливо присела, прощаясь с Джулианом, и еще раз одарила его ослепительной улыбкой. Потом повернулась и, скользнув в просвет в живой изгороди, быстро пошла через луг, обходя стороной пасущихся лошадей.

Джулиан следил за ней взглядом, бессознательно растирая ноющее бедро, чувство горькой несправедливости охватило его. Ему казалось, что его предали. Все, что она говорила о цыганах, – правда. И она попросила его оставить ее!

От толпы отделилась загорелая мужская фигура с кривыми ногами и пошла по направлению к Блейз. Джулиан, конечно, не слышал слов, но видел, как обрадовано протянула к нему руки девушка, услышал ее звонкий заливчатый смех, когда она закружилась от счастья.

Гнев волной прокатился по лицу Джулиана. Он без труда определил горячее первобытное чувство, охватившее его. Это – ревность, простая и чистая. И даже больше – сожаление. Как если бы он неожиданно нашел спрятанное сокровище, которое у него тут же отняли.

– Милорд? – Кучер вылез из коляски и стоял, вопросительно глядя на него. – Наверное, вы хотите, чтобы я вернулся на козлы?

– Да, Граймс… – Джулиан взял себя в руки. – Поезжай вдоль дороги, будь добр. У меня есть дело к этим людям.

Он оставил без внимания изумленный взгляд кучера и неодобрительный возглас Уилла и с большим трудом спустился на землю, намереваясь вернуть сокровище.

Глава 3

– Миклош, дорогой, ты не представляешь, как я рада видеть тебя! – воскликнула Блейз, когда он наконец перестал кружить ее.

– Да, моя маленькая леди, я тоже счастлив, видеть тебя. Как ты выросла за эти… сколько лет прошло? Года три?

Цыган говорил глубоким смеющимся музыкальным голосом, однако выговор его, несмотря на экзотическую внешность, ничем не отличался от выговора любого английского фермера. Миклош родился в соседнем Эссексе и вырос на дорогах разных графств. Одет он был так же, как одеваются бедняки, разве что гораздо пестрее.