– Так, мне это не нравится, – говорит отец.

Самсон встает передо мной и примирительно поднимает руки.

– Я здесь не ночевал, пожалуйста, не бейте меня больше!

Отец вопросительно смотрит на меня.

– Он пятнадцать минут назад пришел. Мы вместе смотрели на рассвет. С балкона.

Отец снова переключает внимание на Самсона.

– Я уже полчаса сижу на кухне, если не дольше. Как ты попал в дом?

Самсон чешет в затылке.

– Э-э… перепрыгнул. – Он показывает ободранный локоть. – Вот, чуть не сорвался.

Отец секунду смотрит ему в глаза, потом трясет головой.

– Идиот! – Он наливает себе кофе и предлагает нам: – Кто-нибудь хочет?

Хм, быстро он все забыл.

– Нет, спасибо. – Самсон проходит к двери и смотрит на меня. – Ну, до встречи?

Я киваю, и Самсон приподнимает бровь, посылая мне на прощание многозначительный взгляд. Я улыбаюсь и еще несколько секунд смотрю на закрывшуюся за ним дверь. Папа откашливается, и этот звук возвращает меня к реальности. Поворачиваюсь к нему, надеясь, что вопросов больше не будет.

– А я от кофе не откажусь! – пытаюсь я отвлечь отца.

Он достает из шкафчика чашку, наливает кофе и протягивает мне со словами:

– Если честно, я в растерянности по поводу того, что сейчас произошло.

Я пью кофе, уставившись в чашку, чтобы не смотреть на отца. Потом ставлю ее на стол и обхватываю обеими руками.

– Я тебе не соврала. Он ночевал дома.

– Пока, – уточняет отец. – Пока ночевал дома. Думаешь, я не был подростком? Между вашими балконами всего несколько футов. Сегодня вы рассветом любовались, а завтра?.. Все лето впереди. Мы с Аланой не разрешаем Саре ночевать с парнями. Это правило распространяется и на тебя.

– Усекла!

Отец по-прежнему смотрит на меня вопросительно, словно не может понять, действительно я с ним согласна или просто пытаюсь от него отделаться. Если честно, я и сама не знаю.

Он прислоняется к стойке и отпивает кофе.

– Ты всегда так рано встаешь?

– Нет. Самсон завел мне будильник, чтобы я не пропустила рассвет.

Отец показывает рукой на дверь, в которую только что вышел Самсон.

– Так вы… вместе?

– Нет. В августе я уезжаю в Пенсильванию, мне не нужен парень.

Папа щурится.

– В Пенсильванию?

Черт!

Проболталась.

Тут же опускаю глаза в чашку. В горле – ком. Делаю медленный выдох.

– Ну да…

Пока ограничимся этим – глядишь, дальше он не полезет.

– Почему ты уезжаешь в Пенсильванию? Когда решила? И почему именно в Пенсильванию?

Ага, не полезет, как же… Еще крепче стискиваю чашку.

– Я собиралась тебе рассказать, просто… ну, ждала подходящего момента. – А вот теперь вру. Ничего я не собиралась рассказывать, просто надо как-то выкручиваться. – Я поступила в Пенстейт. Стипендию получила. Буду играть в их команде по волейболу.

Во взгляде отца ни удивления, ни радости, ни злости – пустой нечитаемый взгляд.

– Ты серьезно?

Киваю.

– Ага. Третьего августа заезжаю в общагу.

Его лицо по-прежнему ничего не выражает.

– Когда ты об этом узнала?

Пытаюсь проглотить ком в горле – медленно отпиваю кофе и при этом лихорадочно соображаю, стоит ли говорить правду.