Она кивает и задает следующий вопрос:

– Значит, религия не запрещает тебе предохраняться?

Приехали. Я прячу глаза.

– Нет. Но в данный момент я не принимаю таблетки. Потому что не… ну, вы поняли.

– Не живешь половой жизнью? – уточняет Алана. Она так непосредственно об этом говорит!

– Да. Больше не живу. Пока.

– Что ж, ты меня успокоила. Но неплохо быть во всеоружии – мало ли, вдруг этим летом что-то изменится. Я могу записать тебя к врачу.

Чтобы потянуть время, я отправляю в рот еще одну ложку мороженого. Видимо, Алана замечает, как покраснели мои щеки.

– Тебе нечего стыдиться, Бейя.

– Знаю. Просто не привыкла обсуждать такое с другими людьми.

Алана спокойно кладет ложку в пустую миску и идет к раковине.

– Мама с тобой об этом не говорила?

Я ковыряю ложечкой свое мороженое.

– Не-а.

Она оборачивается и секунду-другую молча смотрит на меня.

– Какая она?

– Моя мать?

Алана кивает.

– Да. Твой отец толком ее не знал, а мне любопытно. Смотрю, тебя она хорошо воспитала.

Меня разбирает смех.

Я тут же осекаюсь, увидев, что моя реакция вызывает у Аланы еще больше вопросов. Набиваю рот мороженым и пожимаю плечами.

– Она совсем не такая, как вы.

Вообще-то это был комплимент, но Алана как будто опешила от моих слов. Надеюсь, она не обиделась, потому что копать глубже и что-то объяснять я не собираюсь, иначе точно сболтну лишнего. Новость о смерти надо приберечь для отца. Мне кажется, он должен узнать об этом первым.

Вообще-то первым узнал Самсон. Рядом с ним я по какой-то причине полностью теряю власть над собой и своими тайнами.

Отодвигаю миску с недоеденным мороженым.

– Знаете, давайте я все-таки схожу к врачу и начну принимать таблетки. Не то чтобы у нас с Самсоном… – Я смотрю в потолок и громко выдыхаю. – Ну, вы поняли. Лучше заранее перестраховаться. На всякий случай. – Господи, как же трудно говорить о таких вещах! Особенно с женщиной, которая мне, по сути, чужая.

Алана улыбается.

– Завтра же запишу тебя на прием. Не проблема.

– Спасибо.

Алана отворачивается к раковине помыть мою миску, и я, воспользовавшись моментом, убегаю наверх. Не успеваю я спрятаться в спальне, как из комнаты напротив раздается голос Сары:

– Погоди, Бейя! С тебя подробный отчет.

Я замираю и перевожу взгляд на открытую дверь ее спальни. Они с Маркусом сидят на кровати. Сара поворачивается к Маркусу и машет ему ручкой.

– Ну все, беги домой.

Он удивленно смотрит на нее – явно не привык, чтобы его выпроваживали, – однако встает и целует ее на прощание.

– Домой так домой… Все равно тебя люблю, хоть ты меня и выгоняешь.

Сара улыбается.

– Я тебя тоже, но у меня теперь есть сестра. Придется делиться. – Она похлопывает освободившееся место на кровати и смотрит на меня. – Давай сюда.

Выходя из комнаты, Маркус машет мне рукой.

– И дверь не забудь закрыть! – бросает Сара ему вдогонку.

Я подхожу к кровати и сажусь рядом. Она ставит на паузу фильм и садится поудобнее – лицом ко мне.

– Ну? Как прошло?

Прислоняюсь спиной к изголовью ее кровати.

– Твоя мать подстерегла меня в кухне с мороженым и устроила допрос. Хотела знать, живу ли я половой жизнью.

Сара закатывает глаза.

– О, этот трюк с мороженым! Никогда не устаревает. Но я спросила не о том, и ты меня прекрасно поняла.