– Нет–нет. – Он покачал головой. – Подобное совершенно исключено. Во–первых, она прекрасно знает, какова моя репутация. Следовательно, у нее не было оснований верить, что я женюсь на ней только потому, что я обесчестил ее. Кроме того… Видишь ли, она не из тех женщин, которые способны на столь безрассудные поступки. Полагаю, у нее была какая–то другая причина, чтобы так поступить.

 – Другая причина? Что ты хочешь этим сказать? Может, ты имеешь в виду свое неотразимое очарование?

 – До этого она весьма успешно противостояла ему. Ты бы слышал, что она говорила мне о безрассудном поведении распутников. Очень сомневаюсь, что ее может привлекать брак с одним из них. И почему же она сразу не сказала, что я лишил ее невинности? Почему она сбежала, а не осталась здесь, чтобы требовать возмещения?

 – Возможно, поехала домой, чтобы привезти сюда своего отца. Дабы он мог засвидетельствовать то, что произошло, и заставить тебя жениться на ней.

 – Не будь идиотом. – Энтони надел жилет. – Она не могла знать, что я просплю так долго. Кроме того, она живет недалеко отсюда, так что уже давно могла бы вернуться сюда с отцом. Нет–нет, ты ошибаешься.

 Энтони принялся надевать сюртук. «А может, проблемы отца толкнули ее на несвойственное ей безрассудство?» – подумал он неожиданно и тут же замер, ошеломленный этой мыслью.

 О Боже, неужели в этом и состоял ее план? Решила, что он, обесчестив ее, будет вынужден выполнить ее требование и представит сэру Хамфри? Но тогда почему же она сбежала, почему не осталась здесь, чтобы довести до конца свой план?

 – Еще раз говорю: ты ошибаешься. – Энтони повернулся к Стоунвиллу. – Если бы она хотела использовать мой опрометчивый поступок, ей следовало бы остаться здесь. Убегать не было никакого смысла.

 – Может, и не было. – Стоунвилл внимательно посмотрел на приятеля. – Так что же ты теперь собираешься делать?

 Энтони пожал плечами:

 – Поговорю с ней, наверное. Да, для начала поговорю. Только не сразу. Видишь ли, сегодня я собираюсь поехать в Чертей.

 Маркиз взглянул на него с удивлением:

 – Но почему в Чертей? Не понимаю, зачем тебе ехать к себе в поместье.

 – Знаю, что не понимаешь. И я бы предпочел, чтобы и в дальнейшем не понимал. – Энтони принялся обуваться. – Чем меньше ты будешь знать, тем лучше. По крайней мере – пока.

 – А что я должен делать, если она все–таки вернется с отцом, чтобы предъявлять свои требования?

 – Не беспокойся, не вернется. – Энтони был в этом абсолютно уверен, хотя и не знал, откуда у него появилась такая уверенность.

 – И все же… – Стоунвилл стащил с кровати простыню, затем скомкал ее и, подойдя к камину, бросил в огонь.

 – Какого черта?.. – проворчал Энтони.

 – Нет смысла оставлять доказательства, приятель.

 Энтони пристально посмотрел на него:

 – А почему это тебя так волнует?

 Стоунвилл криво усмехнулся:

 – Ты, возможно, не поверишь, но я действительно твой друг. И я не хочу, чтобы ты кончил так же, как Керквуд.

 – Но ведь я могу кончить, как Фоксмур, – заметил Энтони.

 – Имеешь в виду счастливый брак? Не надейся на это, ничего не получится.

 – Спасибо за откровенность, – в раздражении проговорил Энтони и, уже направляясь к двери, добавил: – Ты, наверное, действительно считаешь меня непригодным для брака, но поверь, ты заблуждаешься.