И вдруг там, в шестом спецблоке, я прислушалась к бормотанию одного из духов, — он назвал себя Аризоил, — и поняла: это и есть Галерников! Значит, в последний раз его похитил Самаритянинов для "Ковчега". Похитил — но зачем-то прятал от других из своей гоп-компании…

— Полагаешь, то, что ты узнала из табличек, он узнал от Галерникова?

— Ну, если и узнал, то что-то смутное — говорю же, Галерников сейчас далеко не в лучшей форме. Вот для чего, наверно, Самаритянинову и понадобилась твоя жена, я это только там вдруг поняла.

— Ира?.. Зачем? У нее что, по-твоему, дар сильнее, чем у этого Галерникова?

— Нет… — Нина почему-то вдруг замялась. — Вообще это сейчас неважно… — Она явно что-то недоговаривала.

Еремеев взорвался:

— Как это неважно?! Что с ней? Что-то не так?.. Ну, говори!

— Да цела она, цела, я уверена, — сказала Нина. — Остальное в самом деле неважно, поверь…

— Вот что, — решительно заявил Еремеев. — Мы сейчас первым делом идем в этот самый чертов шестой!

На этот раз Нина кротко согласилась:

— Да, Дима, да, мы как раз туда и идем. Но только…

— Только — что?!

— Только я сама, тебе не надо туда заходить, — сказала она, — так будет лучше, ей-Богу. Не волнуйся так, увидишь ты свою жену. — И добавила грустно: — И будете вы с ней до самой старости счастливо жить-поживать… Кстати, мы уже почти пришли, Викентий, помнишь, сказал: где метка копотью на стене, там шестой спецблок. Видишь?

Действительно, в этом месте один из камней стены был испачкан копотью.

— Да, — кивнул он. — Значит, через двадцать шагов должен быть проход. Пошли!

Нина придержала его за руку:

— Дима, подожди! Не лезь туда! Ну пожалуйста! Я одна, без тебя… Увидишься ты со своей Ириной через десять минут, честное слово…

Он спросил:

— Ты только затем туда полезешь, чтобы ее оттуда вытащить? А тебе не кажется, девочка, что это в первую очередь все-таки мое дело? — Вырвав руку, он решительно двинулся вперед.

Нина догнала его, снова остановила.

— Нет, — сказала она, — я не только за ней, нам нужен Аризоил… ну то есть Галерников, без него у нас ничего не получится… Но и за ней, конечно, тоже… Увидишь, сейчас я их обоих выведу!.. И тогда оставлю тебя с ней. А нам с Галерниковым предстоит еще одно дело, только с ним я смогу все довести до конца. Ты что, забыл? — Она указала на свой поясок, который, как показалось Еремееву, только в этот миг снова начал попискивать.

Действительно, как он мог забыть?! Да, сейчас лишь она имела право командовать! Он спросил:

— Что ты дальше собираешься делать?

— Как что? — удивилась она. — Разумеется, пустить "Ковчег" с молотка, как и обещала. Сперва нужно только цену сбить.

— И как ты это сделаешь?

— Элементарно. Сейчас самый подходящий момент, пока все хозяева проекта блокированы на четырнадцатом этаже. Явлюсь к ним и доходчиво объясню, что катастрофа в ближайшие тридцать пять веков не предвидится, стало быть, "Ковчег" на большую свою часть — пустышка, можно денежки пристроить гораздо лучшим образом.