Дверь вправду была железная, сейфовая, такую плечом не вышибешь, но неужели бывший школьный учитель впрямь полагал, что благовоспитанность помешает его пленнику воспользоваться для выхода окном? Еремеев вполне твердо пригрозил:

— Если за ближайшие пять минут не созреете для откровенного разговора, сделаю так, как я сказал. — С этими словами он подобрал скомканную записку и перешел из темной прихожей в комнату.

Первая часть Нининой записки предназначалась и в самом деле не ему. В верхней части листка был довольно мастерски нарисован большой кукиш, а написанный под ним текст гласил:

«Г-н Небрат.

Зная, что Вы не побрезгуете рыться в чужих карманах, оставляю это послание там, где Вы его, не сомневаюсь, найдете — в кармане у Дмитрия Вадимовича.

Имейте в виду, что своей настырностью Вы меня изрядно рассердили. Посему предупреждаю: если ваша гоп-компания не прекратит охотиться за мной, то всем вам скоро придется туго. А поймать меня вам все равно не удастся по причине острого дефицита серого вещества.

Настоятельно рекомендую внять моим словам, которые, как Вы, должно быть, знаете, я на ветер не бросаю.

Н. К.»

Впрочем, ниже была приписка:

«Уважаемый Дмитрий Вадимович!

Если сия эпистола все же каким-либо образом попадет к Вам в руки, то, во-первых, великодушно простите меня за фокус с газом — поверьте, это было вызвано необходимостью, а во-вторых, вспомните двенадцатую главу одной из тех двух книг, на которые Вы обратили внимание в моей библиотеке — это поможет Вам сообразить, как следует действовать дальше.»

На какие же две книги он обратил тогда внимание? Ах, да, конечно! В первую очередь, разумеется, на свои собственные!

Что там было? Сборник рассказов "Баловни судьбы" и роман "Трубы Иерихона". "Баловней" надо отбросить, никаких глав там нет, а вот в "Трубах"…

Да, да, именно в двенадцатой главе главный герой романа Веня Ухтырский прочитывает текст, прогладив письмо утюгом.

Срочно нужен утюг! Где-то здесь он, без сомнения, должен быть, ибо недавно им пользовались — в комнате до сих пор пахло глажкой, а на брюках у Небрата были свежие стрелки.

Еремеев открыл шкаф. К одежде бывший учитель относился так же пренебрежительно, как к обстановке своего жилья — на единственной вешалке висел плащ, зимняя куртка и нитяные тренировочные штаны, тем гардероб Сидорихина-Небрата целиком исчерпывался.

Внизу лежали две картонные коробки. В первой Еремеев обнаружил большой, похоже что заряженный револьвер системы "Магнум" — это значилось на рукоятке. Как пользоваться револьвером, Еремеев знал только по фильмам, да и стрелять ни в кого не собирался, но на всякий случай положил его в карман.

Зато во второй коробке оказался предмет, куда более необходимый сейчас, тот, что он и искал: электроутюг. Еремеев тут же включил его в розетку и прямо на полу принялся проглаживать Нинино послание.

Ай да молодчина эта Кшистова! Прежний текст сразу начал исчезать, а на его месте стал появляться новый. Когда он проступил целиком, Еремеев прочел:

«Дмитрий Вадимович.

Раз Вы читаете эти строки, значит, Вам все же удалось каким-то образом нейтрализовать Небрата, в чем я, к слову сказать, была уверена, ибо Вы превосходите его по коэффициенту интеллекта на добрых двадцать пять пунктов, а весь опыт человечества показывает, что разум всегда одерживает верх над скудоумием.

Поскольку действия Небрата не так уж трудно просчитать, то могу догадаться, что в настоящий момент Вы находитесь на вспомогательной спецбазе "Ковчега" в Неваляеве. Знаю, как трудно оттуда выбраться, но все-таки надеюсь, что Вам удастся.

В этом случае обогните пруд справа и идите через лес, ориентируясь по приложенной схеме.