|
Потом, с перестройкой, космонавтика начала загибаться, вместе с ней успешно загнулся и завод. Взгроможденный на постамент «Союз» стал красивым надгробием временам, когда ракеты запускали в космос, а не выставляли в качестве исторической реликвии. Правда, смотрелся памятник красиво. Во всяком случае, до наводнения. Сейчас все, что осталось над поверхностью, — острая поблескивающая верхушка. Впрочем, огрызком ракеты я любовался недолго. Неподалеку, метрах в пятидесяти от нее и в сотне от нас, стоял катер — красивое белое судно с высокой посадкой и воздушными крыльями. На палубе — четверо мужчин. Нас они тоже заметили. — Стоп, машина, — негромко приказал я. Игорь бросил весла и, тяжело дыша, обернулся. С минуту обе стороны изучали друг друга. — Давайте потихоньку вперед, — наконец решил я. — И заберите немного вправо, чтобы не впритирку пройти. Катер стоял неподалеку от очередного затопленного дома, кормой к нему. Откуда он тут взялся и куда плыл — неясно. Команда тоже подобралась странная — в одних плавках. Когда мы приблизились, на палубе возникло волнение. — Мужики, помогите катер оттащить, — крикнул лысый, но заросший густым волосом по телу толстяк. — Чего? — Я не сразу уловил суть проблемы. — Катер, говорю, помогите к дому пришвартовать! Мы тут застряли. Бензина нет, весел нет. Веревка не достанет. Подтащите поближе, чтоб причалить могли. Игорь, между тем, снова отложил весла и потянулся за ружьем. Я незаметно показал ему кулак. Крикнул мужикам: — Вы откуда? — Да вот из дома. — Толстяк махнул рукой в сторону одинокого здания рядом с ракетой. — Тут трындец какой-то творится, все затопило. А тут смотрим — катер. Мы сразу к нему, а он без горючего. Вот, второй день кумекаем, что делать. — Бред какой-то, — вполголоса сказал я. — Откуда здесь катер? — У нас во дворе магазин был, — вмешался в разговор второй пассажир, смуглый черноволосый мужчина с легким акцентом, по виду типичный кавказец. — Лодки продавали, катера. Во дворе пара стояла. Вода поднялась, их снесло, но один зацепился. — Вот-вот, — поддержал кавказца толстяк. — Мы его у этого дома нашли, бок помятый, будто с разгона врезался, но не тонет. Видно, со двора течением отнесло и к дому прибило. Мужики, подсобите, ну никак. Мы дома хоть весла какие настрогаем. Я хмыкнул, вспомнив наши потуги управлять плотом. Грести на катере с высокими бортами — занятие безнадежное. — Катера во дворах цепями крепят, чтоб не увели, — вполголоса проговорил Сан Саныч и уже громче осведомился: — Веревка есть? — Есть, — крикнул кавказец. — Есть, — подтвердил толстяк, — только короткая, метров десять. — Заманивают, — пробормотал Игорь. — Если подплывем ближе, накинутся. — Десять метров по воде — не так уж близко. Тем более что мы вооружены. — А они, думаешь, нет? — Игорь посмотрел на меня исподлобья. — Да они там что угодно могут прятать. Травматика, ножи, топоры. Копья сделать — плевое дело. Я заколебался. Почему я их защищаю? Пять минут назад размышлял о людской подлости, а тут, в ситуации куда более сомнительной, встаю на сторону незнакомцев. Если подумать, вся история шита белыми нитками. Посаженный на цепь магазинный катер отнесло со двора течением. Да так удачно, что прибило к крыше соседнего затопленного дома. Сказочка для младшего школьного возраста. — Игорь, подсоби. Отец Владимир взялся за весла и стал подгребать с одной стороны, разворачивая лодку к катеру. Игорь подскочил как ужаленный. — С ума сошли? — Люди просят помочь, — спокойно сказал священник. |
