Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +

     - Я люблю тень, - отвечал г-н де Реналь с тем  оттенком  высокомерия  в
голосе, какой допустим при разговоре с полковым  лекарем,  кавалером  ордена
Почетного Легиона, - я люблю тень и велю подстригать мои деревья, чтобы  они
давали тень. И я не знаю, на что еще годятся деревья,  если  они  не  могут,
как, например, полезный орех, приносить доход.
     Вот оно, великое слово, которое все решает в Верьере: приносить  доход;
к этому, и только к этому сводятся неизменно мысли более чем трех  четвертей
всего населения.
     Приносить доход - вот довод, который управляет  всем  в  этом  городке,
показавшемся вам столь красивым. Чужестранец, очутившийся  здесь,  плененный
красотой  прохладных,  глубоких  долин,  опоясывающих  городок,   воображает
сперва, что здешние обитатели весьма восприимчивы к красоте; они  без  конца
твердят о красоте своего края; нельзя отрицать, что они очень ценят ее,  ибо
она-то привлекает чужестранцев, чьи деньги обогащают содержателей  гостиниц,
а это, в свою очередь, в  силу  действующих  законов  о  городских  пошлинах
приносит доход городу.
     Однажды в погожий осенний день г-н  де  Реналь  прогуливался  по  Аллее
Верности под руку со своей супругой. Слушая рассуждения своего мужа, который
разглагольствовал с важным видом, г-жа де Реналь следила беспокойным  взором
за  движениями  трех  мальчиков.  Старший,  которому  можно  было  дать  лет
одиннадцать, то и дело подбегал к парапету с явным намерением взобраться  на
него Нежный голос произносил тогда имя Адольфа, и мальчик тут же отказывался
от своей смелой затеи. Г-же де Реналь на вид можно было дать  лет  тридцать,
но она была еще очень миловидна.
     - Как бы ему потом не пришлось пожалеть, этому выскочке  из  Парижа,  -
говорил г-н де Реналь оскорбленным тоном, и его обычно бледные щеки казались
еще бледнее. - У меня найдутся друзья при дворе...
     Но хоть я и собираюсь на протяжении двухсот страниц рассказывать вам  о
провинции, все же я  не  такой  варвар,  чтобы  изводить  вас  длиннотами  и
мудреными обиняками провинциального разговора.
     Этот выскочка из Парижа, столь ненавистный мэру, был не кто  иной,  как
г-н Аппер, который два дня тому  назад  ухитрился  проникнуть  не  только  в
тюрьму и в верьерский дом призрения, но также и в больницу,  находящуюся  на
безвозмездном попечении господина мэра и самых видных домовладельцев города.
     - Но, - робко отвечала г-жа де Реналь, - что  может  вам  сделать  этот
господин из  Парижа,  если  вы  распоряжаетесь  имуществом  бедных  с  такой
щепетильной добросовестностью?
     - Он и приехал сюда только затем, чтобы  охаять  нас,  а  потом  пойдет
тискать статейки в либеральных газетах.
     - Да ведь вы же никогда их не читаете, друг мой.
     - Но нам постоянно твердят об этих якобинских статейках;  все  это  нас
отвлекает и мешает нам делать добро. Нет, что касается меня,  я  никогда  не
прощу этого нашему кюре


III
     ИМУЩЕСТВО БЕДНЫХ

     Добродетельный кюре, чуждый всяких происков, поистине  благодать  божья
для деревни.
Быстрый переход
Мы в Instagram