Эти двое были зрелые, опытные в полётах. Они готовились взлететь, чтобы кинуться на машину, пробить лобовое стекло и сожрать меня.

Я затормозил, вышел из джипа и прикрываясь дверью, как щитом, приготовился стрелять.

Один крылатый мертвец хлопнул крыльями, меня обдало ветром. Я потянул за кольцо, щёлкнула зажигалка и наконечник гарпуна загорелся. Тварь, раскинув крылья, зависла в воздухе.

Мы целились друг в друга. И я спустил курок, прежде чем крылатый успел пикировать на меня.

Горящий гарпун пронзил ему плечо. Мертвяк издал крик, перевернулся в воздухе и, объятый пламенем, упал на землю. Его крылья мигом сгорели и по траве разошёлся круг огня.

Я понял, что этим оружием могу спалить всю природу вокруг. Но думать было некогда. Второй мертвяк готовился к взлёту.

Гарпун попал ему в живот. Языки пламени расползлись по крыльям. Горящий мертвец вытянул руки, наклонился вперёд и полетел прямо на меня!

Я влез в машину. Крылатый рухнул на капот. Его поедал огонь, но он колотил черепом в стекло. Догорающие крылья били по дверям.

Это ружьё с гарпунами оказалось полной лажей! Я чуть не сгорел в своём джипе.

Мертвяк рассыпался на части, а у меня всё ещё полыхал капот. Хорошо, что в машине был огнетушитель. Мне удалось сбить пламя ледяной струёй. К счастью двигатель не пострадал.

Я швырнул ружьё подальше, чтобы больше им не пользоваться. Ещё не поздно было повернуть назад… Но и ехать осталось недолго: пустырь, перелесок, а потом вниз по горке к Тихим Водам. Ещё немного!

В пути я сам придумал хорошее оружие против крылатых. Взял двухметровую верёвку, привязал на концы два крупных камня. Раскрутил и бросил – крылатого обмотало, и он упал. На земле его было легко размолоть дубиной. Кости так и трещали.

Так я приземлил одного, затем другого, а потом и третьего. Не такие уж они оказались страшные, как рассказывали.

В перелеске меня поджидали обычные пешие мертвяки. Они поднимались с земли, выходили из-за деревьев, брели за машиной, стучались в окна. Им было меня не достать, но щелчки зубов и стук пальцев по стеклу нагонял жути. Эти истощённые твари хотели моего мяса…

Паразит питается плотью, поэтому мёртвые нападают на живых. Если «свежатина» недоступна, мертвяки не станут есть друг друга. Тред внутри них будет пожирать органы и мышцы, заменяя их переплетениями жёлтых нитей. Поэтому даже если тела истлеют до костей, мертвецы по-прежнему смогут ходить или ползать.

Я ехал вперёд, маневрировал в стороны, расталкивал голодную толпу, давил их колёсами. Впереди был спуск, а внизу дорога в Тихие Воды. Аккуратные домики вокруг озера. Один из них когда-то принадлежал мне.

Ехать не более двух километров. Машина скатилась с горки. Толпа мертвяков осталась позади.

Я выехал на ровную, широкую дорогу и передо мной возникла груда гнилой плоти… Многоножник! Мне в жизни не приходилось таких видеть, но я знал, что они существуют.

Такие мертвяки редки и крайне опасны! Из их тел торчат «активные нити», которые извиваются и движутся, как глисты. С помощью этих нитей, многоножники могут прирастить себе утерянную конечность, могут «пришить» себе дополнительную часть от другого мертвеца или же полностью срастись с другим телом.

Тот, что мне встретился, сделал всё сразу! У него была одна голова и два туловища, сросшиеся друг за другом. У него было несколько пар ног и рук. На одних конечностях он полз, другие болтались на спинах просто так.

Когда гниющая многоножка выползла на дорогу, я сразу остановился. Не знал, что делать дальше. Скрестил пальцы и стиснул зубы: хоть бы эта штука проползла мимо.