Я решила сделать то же самое и встала на колени. Я сделала это слишком резко… Подо мной была разбитая бутылка, я села коленом прямо на острое стекло. Длинный осколок вонзился в ногу. Я чуть не закричала. Данил посмотрел на меня. В его взгляде читалось: «Как ты могла так облажаться?».

Я старалась не обращать внимание на боль, но по моей ноге словно поднималось пламя, оставляя за собой мучительные ожоги. С каждым шагом, всё больше. Нужно было продолжать идти. В коридорах, в пролётах, в зале с колоннами слышались шорохи, клацанье зубов, тяжёлый топот.

Я плелась медленно, стараясь не сгибать израненную ногу. Данил не собирался меня ждать, он ушёл вперёд метров на двадцать. Сколько я ни пыталась его нагнать, ничего не выходило. Может, он специально не хотел идти рядом. В моём колене торчало стекло, рана кровоточила.

Не знаю, как этот зверь снова нас отыскал. Но вряд ли по запаху моей раны, ведь у него вся морда была перемазана кровью. А ведь когда он показался перед нами в тоннеле, мы были уже не так далеко от выхода.

Данил развернулся ко мне и застыл так. Мы смотрели друг на друга, будто прощались. Животное двигалось к нам. Оно могло утащить одного из нас или сразу двоих.

Огромный зверь открыл пасть, на рельсы сочилась кровавая слюна. Он стоял между нами. Я не дышала. Мне удалось сделаться такой тихой и неподвижной, что у меня и пальцы не дрожали. Я превратилась в статую.

А Данил зачем-то медленно наклонился к земле, сделал ненужный шорох, но подобрал камешек. Что он такое задумал? Я за него испугалась. Думала, он хочет бросить камнем в эту тварь. Это же бессмысленно!

Однако Данил задумал совсем другое. Он размахнулся и бросил камешек в мою сторону, прямо мне под ноги, а затем отвернулся. Ему было стыдно смотреть мне в глаза?

Господи! Что он сделал! Он бросил камень мне под ноги, чтобы кровожадная зверина, услышав звук, кинулась на меня. Данил трусливо пожертвовал мной, чтобы спастись самому.

Существо клацнуло зубами совсем близко. Я закрыла глаза, как это сделал Олег, перед тем, как его утащили.

Я знала, что сейчас меня схватят, отволокут за ноги и разорвут на части в темноте. И ожидала этого… Меня подставил человек, которого я считала другом, мы не всегда хорошо ладили, но были друзьями! Я подумала о людях, что возвращались из опасных приключений, потеряв товарищей. Может, и кто-то из них жертвовал друзьями в рискованные минуты? Они просто никогда об этом не рассказывали…

Удар. Крик ужаса.

Я открыла глаза. Данила тащили затылком по камням и по шпалам. Его тело металось из стороны в сторону. Хищный зверь волок добычу туда, откуда мы так долго шли, стараясь не делать шума.

Данил выдал себя, когда подбирал камешек. Предатель… Но мне было его жаль. Никто не заслуживает такой ужасной гибели.

Я добралась до выхода одна, меня никто не нагнал. Всё было позади. Я поднялась на платформу, вся в грязи и в крови. На меня пялились люди.

Поднимаясь вверх по эскалатору, я понимала, как долго ещё не смогу отойти от шока. Понимала, что всё произошедшее, нанесло моей психике, скорее всего, непоправимый вред.

Я думала об Олеге, который безвинно погиб на недостроенной ветке, думала о Даниле, с которым мы были знакомы столько лет. Я представила, как уродливое неземное животное обглодает и сбросит их кости в яму, и пополнит свою коллекцию их вещами.

И ещё я подумала о человеке, который позволил нам пробраться на заброшенную ветку. Работник метро, что сидя перед монитором, не обратил внимание, как трое диггеров спустились с платформы и исчезли в тоннеле.

Он знал, что оттуда никто не возвращается? Он знает о существе, что там живёт? Тогда почему он позволяет людям туда спускаться? Специально его кормит?

Сволочь…

Я больше не хочу этим заниматься!

Мусоропровод

На двери подъезда появилось объявление: «Мусоропровод будет работать с декабря».