Глава 4

1559 год, 20 мая, Вильно

Сигизмунд II Август, Король Польши и Великий князь Литвы был хмур и недоволен. Он вообще не любил, когда его заставляли делать то, что он не хотел. Но так уж складывалось — делал. И даже особенно не «квакал», опасаясь вступать в конфликты с магнатами. Сегодняшняя встреча ему не нравилась вдвойне. Ладно, что вынужденная, так еще и вопрос неприятный…

— Московия слаба! — воскликнул один из магнатов, что инициировал эту встречу.

— И что заставляет тебя так думать? Разгром татар? Взятие Казани, Хаджи-Тархана и Азака? Или может быть сожжение Константинополя?

— Это все заслуга Андрея! И он ушел. Царь же ныне затеял большие преобразования в армии. Перестраивает ее на манер этого выскочки. Из-за чего породил массу недовольных. Ему не чем воевать сейчас!

— И что же? Ты предлагаешь этим воспользоваться?

— Да! Когда еще будет такой шанс?!

— А не боишься, что Андрей вернется?

— Да что он сделает? — воскликнул этот магнат, раздраженный нерешительностью короля.

— А что ты хочешь, чтобы он с тобой сделал? Застрелил тебя как Шуйских? Или отрубил яйца как Курбскому? Или может быть посадил на кол как тех татар-работорговцев? Вот города у тебя большого нет. Беда. Так что жечь и грабить у тебя особо и нечего. И сбегать в одних портянках тебе не откуда…

— Андрей — это простой простолюдин! Просто удачливый…

— И ты хочешь испытать его удачу? Многие пытались…

— Мы справимся с ним! Нас больше!

— У Давлет-хана было в несколько раз больше воинов, чем у него. И что? Справился он?

— Мы не он!

— Вот именно. — возразил король. — И пока, я подчеркиваю, пока — у нас нет с ним никакой вражды. Зачем ее начинать?

— А почему нет? Все вокруг только о нем и болтают. Будто бы он пуп земли! Он обычная грязь, что возомнила себя черт знает кем!

— При случае я ему передам твои слова, — хмуро усмехнувшись, произнес князь Вишневецкий.

— Что?!

— Он князь-крестоносец, доказавшим в бою свое право на титул. Он барон Богемии, утвержденный Рейхстагом Священной Римской Империи. В конце концов он лучший полководец всех окрестных земель и ОЧЕНЬ сильный мастер клинка. Один из первых в этом мире, по утверждению знатоков. Не уверен, что разумно его злить только потому, что у кого-то свербит в жопе.

— К тому же, — поспешно добавил маршалок, затыкая грозным взглядом рот спорщику, — у нас все еще остается шанс привлечь его на службу короне.

— Он презирает мой род и не скрывает этого, — невольно поморщившись, заметил король.

— Он это говорит только перед Царем, дабы ему угодить. И не разу не выступал против тебя или твоих воинов. Более того, сражаясь бок о бок с князем Вишневецким, он побил татар. Да и Царь… хм… судя по всему его не ценит. Несмотря на все, что Андрей сделал для него.

— Да за что его ценить?! — вновь воскликнул этот нервный магнат. — Он грязь безродная!

— Твоя смелость удивительна, — с язвительной усмешкой произнес маршалок. — Надеюсь, столкнувшись с ним в бою, ты сможешь ее сохранить и подтвердить делом.

— Даже не сомневайся! — вскинулся этот аристократ. Но окружающие, глядя на него, лишь снисходительно заулыбались. В общем — разговор не удался. Однако Король отчетливо понял — это начало. И чем сильнее Андрей станет увязать в событиях Османской Империи, тем больше желающих будет открыть роток на Московскую Русь.