Изменить размер шрифта - +

   - Черт его знает, - отвечает она. - Пожалуй, дайкири.
   - Три, - говорит Кролик юноше.  Он  думает,  что  дайкири  нечто  вроде
лаймового сока.
   - Три дайкири, один двойной шотландский виски  со  льдом,  -  повторяет
официант и уходит.
   - Когда ваш день рождения? - спрашивает Кролик у Рут.
   - В августе. А что?
   - А мой в феврале. Моя взяла!
   - Ваша взяла, - соглашается она, как будто понимает его  мысль:  нельзя
чувствовать полное превосходство над женщиной, которая старше тебя.
   - Если вы узнали меня, почему вы  не  узнали  мистера  Тотеро?  Он  был
тренером нашей команды.
   - Кто смотрит на тренеров? Никакого проку от них нет.
   - То есть как это нет? Школьная команда - это только тренер, верно?
   - Школьная команда - это только  ребята,  -  отзывается  Тотеро.  -  Из
свинца золота не сделаешь. Да, из свинца золота не сделаешь.
   - А вы делали, - возражает Кролик. - Когда я попал в школьную  команду,
я головы от... - он замялся, все-таки  за  столом  дамы  какие-никакие,  -
...от локтя отличить не мог.
   - Мог,  еще  как  мог,  Гарри.  Я  ничему  тебя  не  научил,  я  просто
предоставил тебя самому себе. - Он все время оглядывается. - Ты  был  юный
олень с большими ногами, - продолжает он.
   - Какого размера? - интересуется Рут.
   - Сорок четвертого, - отвечает Кролик. - А у вас какой?
   - У меня маленький-премаленький, - отвечает Рут. - Ножки-крошки.
   - А мне показалось, будто они вываливаются из туфель.
   Он  отклоняется  назад,  стараясь  скользнуть  взглядом  под  стол,   в
подводный полумрак,  где  ее  укороченные  перспективой  икры  -  как  две
золотистые рыбы. Обе ныряют под стул.
   - Не смотрите так пристально, а то вывалитесь из кабинки, - говорит она
с досадой. Это хорошо. Женщины любят, когда их приводят в смущение. Ни  за
что в этом не признаются, но это факт.
   Официант приносит напитки, бумажные  салфетки  под  тарелки  и  тусклое
серебро. Положив прибор для Маргарет, он подходит к Тотеро, как вдруг  тот
отнимает от губ стакан с виски и освеженным твердым голосом произносит:
   - Вилки и ложки? Для восточных блюд? Разве у вас нет палочек?
   - Палочки, да.
   - Всем палочки, - решительно заявляет Тотеро. - Каков монастырь,  таков
и устав.
   - Моих не трогайте! - вопит Маргарет, со звоном хлопая рукой  по  своей
ложке и вилке, когда официант хочет их убрать. - Не желаю никаких палочек.
   - Гарри и Рут? - обращается к ним Тотеро. - Что предпочитаете вы?
   Дайкири и в самом деле отдает  лаймом,  вкус  которого,  словно  масло,
растекается по поверхности прозрачной терпкой жидкости.
   - Палочки, - звучным низким голосом отвечает Кролик, радуясь, что можно
досадить Маргарет. -  В  Техасе  мы  никогда  не  прикасались  металлом  к
китайским кушаньям.
   - Рут? - Тотеро смотрит на нее робко и напряженно.
   - Пожалуй. Если этот балбес может, то и я могу. - Она гасит сигарету  и
берет из пачки вторую.
Быстрый переход
Мы в Instagram