— Но он же дослужил до конца Второй чеченской! — возразила Лера.

— Верно, — кивнула Суркова. — Начальство закрывало глаза на все деяния Русакова, так как он был весьма полезен именно своей безжалостностью! Как говорится, в любви и на войне все средства хороши… Но потом его сразу же вышибли. Русаков уходить не хотел, но его заставили пройти психологическое и психиатрическое освидетельствования. Само собой, никто не пожелал делиться со мной их результатами, но известно, что после этого он перестал сопротивляться и по-тихому комиссовался. Ну а о его деятельности на гражданке вы все и так уже в курсе.

— Удивительно, что он так и не «присел»! — заметил Севада. — Как же ему это удалось?

— Насколько я успела узнать, — сказала Лера, — несколько раз Русаков попадал в поле зрения полиции, однако проходил по всем делам только как свидетель. Наверное, потому, что сам он рук не марал, предоставляя делать грязную работу своим подручным. Ну а теперь он законопослушный гражданин… Во всяком случае так считалось до недавнего времени.

— Есть еще кое-что, — добавила Суркова задумчиво. — Дамир тут накопал, что, оказывается, брак с Елизаветой Даниловой — второй. В первом браке у Русакова были близнецы, сын и дочь. Они погибли.

— Как это случилось? — спросила Лера: она этого не знала.

— Дорожная авария. На самом деле трагедия страшная: мать переходила дорогу, держа детей за руки, а пьяный водитель сбил их на нерегулируемом перекрестке. Дети скончались на месте, а мать через месяц умерла в больнице.

— Какой ужас…

— Соседи Русакова по месту жительства со второй супругой утверждают, что он души не чаял в их сыне Марке, — вставил Ахметов. — Судя по всему, потеря детей от первого брака заставила его сдувать с него пылинки!

— Да уж, — хмыкнул Белкин, — кто бы мог подумать, что именно из-за него мальчишка попадет в такой переплет!

— То есть мы имеем дело с психом, причем хорошо обученным и сильно мотивированным? — подытожил Виктор. — Вот же черт!

— Да, Русаков — очень опасный тип, — подтвердила Суркова. — Похоже, у него совсем поехала крыша, и теперь остановить его может только…

— …пуля! — выпалил Белкин.

Опера одобрительно посмотрели на парня, но Суркова нахмурилась.

— Нужно взять его живым, — твердо произнесла она. — Он слишком много натворил, и мы должны его допросить. Кроме того, согласитесь, быстрая смерть — слишком легкое наказание для преступника вроде него!

— Алла Гурьевна, а ведь вы так и не рассказали о своем визите в больницу, — напомнил Дамир. — Удалось что-нибудь вытянуть из Ильи Гагина?

— Вы даже не представляете, сколько всего интересного я узнала! — улыбнулась Алла. — В этом есть и положительная, и отрицательная стороны.

— Отрицательная?

— Покойный Фейгин, судя по всему, не убийца, а это означает, что преступника мы пока не нашли.

— Аркадий-Арнольд невиновен? — не поверил Белкин. — Но он же украл бриллиант!

— Строго говоря, он даже этого не делал: камень вынес из дома Илья.

— Зачем?!

— Давайте по порядку. Илья, как мы знаем, продолжал общаться с Аркадием Фейгиным, своим двоюродным братом, так как его круг общения был очень ограничен, а парню хотелось хоть какого-то разнообразия.