— И поэтому сангвинисты всегда ходят группами по трое.

 Графиня сразу же вспомнила, что понадобилась кровь трех сангвинистов, дабы открыть дверь, запечатанную приказом Бернарда. Даже пророчество Кровавого Евангелия основывалось на трех персоналиях: Женщине Знания, Воителе Человеческом и Рыцаре Христовом.

 — Но это не самое значимое трио, сокрытое в этой мозаике, — сказала Элизабет и указала вверх. — Взгляните внимательнее на эту гору под ногами Христа.

 

 

 

 

 Джордан моргнул.

 — Он как будто стоит на каком-то водяном пузыре.

 — А что внутри этого пузыря? — спросила Элизабет.

 Мозаика была так высоко вверху, что Эрин пожалела об отсутствии у нее бинокля, но все же она видела изображение достаточно ясно, чтобы понять. Крошечные белые блестящие плитки очерчивали три предмета, сокрытых там и словно бы плавающих среди водяного блеска.

 — Три чаши, — произнесла Эрин, не в силах скрыть благоговение в голосе.

 Сквозь вопросы, теснящиеся у нее в голове, пробился один, несущий надежду: быть может, одна из них — это Чаша Люцифера, чаша, которую они должны найти?

 Она повернулась к Элизабет:

 — Но ради чего вы показываете это нам?

 — Потому что это может быть связано с вашими поисками. Давным-давно создание этого изображения было заказано человеком, который впоследствии основал при дворе императора Рудольфа Второго в Праге некую коллегию. Коллегию алхимиков.

 Эрин нахмурилась. Она читала об этой коллегии в детских сказках, повествовавших о библейском големе. Это была группа знаменитых алхимиков, собравшихся в Праге и изучавших там оккультизм, а попутно искавших способ трансформировать свинец в золото. В своих многочисленных лабораториях они пытались раскрыть секрет бессмертия.

 Насколько ей было известно, все они потерпели неудачу.

 — Каково значение этих чаш? — спросила Эрин.

 — Я не знаю точно. Но я знаю, что они как-то связаны с тем зеленым камнем, который вы нашли. С зеленым алмазом.

 — Каким образом связаны? — поинтересовался Джордан.

 — У этого камня тоже есть история, восходящая к Коллегии алхимиков. К человеку, которого я некогда знала — в те давние времена, когда я проводила собственные изыскания касательно природы стригоев.

 Эрин помрачнела, услышав, какое слово употребила Элизабет. Изыскания. Весьма циничный термин для описания пыток и убийств сотен юных девушек.

 — Он был одним из придворных алхимиков, — продолжала графиня. — Он показал мне тот символ, который вы нашли на камне, и я скопировала его в свой дневник.

 — Кто он был? — потребовала ответа Эрин.

 — Его звали Джон Ди.

 Эрин устремила на Элизабет пристальный взгляд. Джон Ди был знаменитым английским ученым, жившим в XVI веке. Благодаря своим познаниям в навигации он помог королеве Елизавете основать Британскую империю. Но в более поздние годы своей жизни Ди стал известен во всем мире как астролог и алхимик. Он жил во времена, когда религия, магия и наука стояли на распутье, но еще не разошлись разными путями.

 — Зеленый алмаз был как-то замешан в то, над чем он работал? — уточнила Эрин.

 — Одной из главных целей Ди — той, что скомпрометировала его в самом конце жизни, — был поиск возможности поговорить с ангелами.

  С ангелами? 

 Год назад Эрин посмеялась бы над этой идеей, но теперь — она оглянулась на Джордана — теперь она знала, насколько реальны ангелы.