– Твой взгляд, Анита, – выдохнул он.

– Что с моим взглядом? – спросила я.

Он улыбнулся, но глаза оставались серьезными, темно‑голубыми. Он наклонился и ответил прямо над моими губами:

– Тот самый взгляд.

Он поцеловал меня. Сначала нежно, но вместе с тем, как нарастал поцелуй, он прижимался все сильнее к моему телу, вжимая свою наготу в мое обнаженное бедро. Ощущение его обнаженного тела на моем бедре заставило меня утонуть в поцелуе, помогая себе руками и губами. Или он уловил это, или же просто ответило его тело, но он стал тверже и вытянулся вдоль моего бедра, пока Джейсон впивался в мои губы, а я в его. Поцелуй начал напоминать процесс занятия сексом, приобретя собственный ритм, будто мы уже делали то, чему сейчас подражали. Наши тела двигались вместе с поцелуем, он задвигался вдоль моего бедра в такт ритму нашего поцелуя.

Он отодвинулся и рассмеялся, затаив дыхание, буквально дюймы разделяли наши тела, он больше меня не касался.

– Если мы не остановимся, я кончу прямо так.

Мне пришлось дважды глубоко вздохнуть, чтобы суметь сказать:

– Тогда нам стоит остановиться, потому что я не хочу, чтобы ты так кончал.

Он приподнялся на одном локте, поигрывая другой рукой по моему голому животу. Если бы я была менее сильной в метафизическом смысле, у меня были бы серьезные шрамы ровно там, где была его рука, но следы когтей вертигра прошли полностью.

– Ты с таким серьезным видом смотришь на меня, – сказал Джейсон.

– Я просто задумалась, что если бы я была чуть менее сильной, то у меня было бы множество шрамов на животе.

Он коснулся моего лица.

– Не думай о том, что мы потеряли, Анита. Думай о том, что у нас есть.

Я улыбнулась ему, потому что он ждал этого от меня.

– Ты просишь, чтобы я не думала о схватке, в которой получила шрамы, и не думала о том, что кто‑то умер, спасая меня.

Его лицо смягчилось, стало нежным.

– Теперь мы сделаем это.

Я собиралась возразить, но он приложил палец к моим губам и покачал головой.

– Если мы продолжим этот разговор, тебе придется помочь мне снова придти в соответствующее настроение.

Я улыбнулась под его пальцем на моих губах. Он отодвинул его, чтобы я смогла сказать:

– Ты все еще в настроении.

– Есть у вас, девочек, такое несправедливое преимущество, – сказал он, – стоит вам на нас взглянуть, и мы уже готовы.

– Мне это в мальчиках очень нравится, – заметила я.

Он выдал легкий смешок.

– Я заметил.

Он снова склонился над моим телом, все еще готовый, но не настолько твердый.

– Мое настроение начало уходить, так что больше никаких серьезных мыслей. Я хочу, чтобы теперь ты думала только обо мне.

Я изучала его лицо. Его тело было излучало счастье, но на самом деле он был более серьезным, чем обычно. Думаю, я ждала, что Джейсон в постели останется тем же весельчаком. В сексе по крайней мере. Простая болтовня, лежа на подушках, еще могла содержать в себе некий глубокий подтекст, но секс – никогда.

– Снова серьезное лицо, – сказал он с упреком.

– Я сделала то, о чем ты просил, подумала о тебе.

– Тогда, почему ты так серьезна? – спросил он, хмурясь.

Я запустила руку в шелк его коротких волос, опускаясь к шее сквозь эту безграничную мягкость, и в то же время наклоняя его к себе.

– У тебя самые мягкие волосы из всех, каких я когда‑либо касалась.

– Даже мягче, чем волосы Натаниэла?

– Да, – сказала я. Я боролась с ним, чтобы поцеловать.

– Выдумщица, – бросил он, вырываясь из под моей руки, так что я не смогла до него дотянуться.