Воронцова и Горчакова он мобилизовал в эксперты и делегировал им ориентирование на местности и основы движения по лесу.

Помимо дворян, Хмурый привлек к «скаутскому движению» парочку Воинов-лесников.

«Маскировка», «Выживание в лесу», «Бесшумное устранение дозорного», «Стрелковое оружие и метательные ножи» — вот неполный состав предполагаемых мастер-классов.

Гимназистов Хмурый поделил на три группы и предупредил, что без сдачи нормативов группа рискует остаться без ужина.

А когда я подсказал ему концепцию личных и групповых зачетов с бонусами и штрафами, на лице Хмурого заиграла мрачная улыбка.

Признаться, если бы не Айна, я бы сам с удовольствием присоединился к нашим скаутам.

Когда мы с девчонками уходили с плеши, деятельный Жилик уже вовсю принимал ставки у офицеров и Воинов.

«Какая группа останется без ужина», «Кто заработает больше всех очков», «Кого в лесу укусит змея», «На кого первого наорет Хмурый», «Кто получит первый подарок от зрителей».

Я даже представить себе не мог, насколько безграничная у Жилика фантазия.

Причем, Жилик с полуслова уловил концепцию Золотого меча, и, когда позволяло время, выбирался на вылазки с нами.

В качестве оператора макриса.

К обязанности оператора, бывший зэк относился очень ответственно и даже трепетно.

Да и кадры, на мой взгляд, получались у него весьма интересные.

Но больше всего мне нравилось в Жилике то, что он ни на секунду не забывал об осторожности.

Видимо, виной тому была жизнь в остроге, но сейчас этот мрачный опыт обернулся в плюс.

Жилик постоянно снимал наши засады с разных мест, чтобы даже при большом желании было невозможно определить наше местонахождение.

Хотя, если бы не Оут с Максом, которые также вели широкую партизанскую деятельность намного западней надела, то нас бы уже вычислили.

Не могут же северяне быть настолько тупыми и неорганизованными, чтобы не заметить пропажу разведчиков и малых племен?

В общем, я обеими руками был за курсы скаутов, всеми силами поддерживал Жилика, который поднимал среди Воинов интерес к этому направлению.

Ведь ещё немного, и нашей территорией заинтересуются серьезные силы противника.

Укреплений же ещё не было.

Мастер Нико долго ругался, но все же согласился удлинить стену, но запросил на подготовку ещё неделю.

С каждым днем наше положение было все более шатким, я каким-то внутренним чутьём понимал — чем дольше мы удерживаем северян от плеши, тем выше шансы успеть.

А значит, чем лучше Воины будут ходить по Лесу, тем дольше мы протянем.

Ну а когда расчеты и подготовка закончатся, мастеру Нико достаточно будет произнести ключ-активацию, и привет крепостные стены!

Вот тогда я вздохну спокойней и займусь замком и прочим хоз. зданиями.

Но это все потом, сейчас главное — вылазка и беседа с девушками.

В последнее время недовольство Алексии и уныние Айны чувствуются все ярче, докатываясь до меня даже с другой стороны лагеря.

Что ж, сегодня я, наконец-то, узнаю что тревожит девушек.

— Мерзкий тип.

Алексия была в своем репертуаре. Не успели мы отойти от цветочных полян, как она принялась метать гром и молнии.

— И о ком же ты на этот раз? — сдержано поинтересовался я, следуя за навострившем уши Алабаем.

— О твоем Жилике, конечно! — возмутилась девушка. — Делать ставки на дворян — это… это низко!

— Скажи это Золотому мечу, — хмыкнул я, оглянувшись на Громову. — Да и потом, зря ты так, офицерам нравится. Всяко лучше, чем дуэли и пьянство.

— Я и не ожидала услышать от тебя другое, — фыркнула Алексия.