То, что «ребенок» был одного возраста с ней, Громову, видимо, не смущало.

Но реакция Айны, действительно, была неординарной, и, не обращая внимания на Алексию, которая тут же принялась успокаивать подругу, шагнул к Пылаевой.

— Айна, ты прости, если что, не хотел тебя задеть. У тебя что-то случилось?

— Слушай, Иванов, — Алексия отвлекалась от Айны и метнула в меня ещё один убийственный взгляд. — Иди куда шёл.

— Слушай, Громова, — нахмурился я. — Сначала тень на плетень наводишь, потом крайних ищешь. Рассказывайте, давайте, что случилось.

— Не заслужил! — огрызнулась Алексия.

— Айна, ну ты-то хоть скажи в чем дело! — с Алексией сейчас говорить было совершенно бесполезно. — Я, конечно, не твой род, но чем смогу, помогу.

— Ааааааааааа! — в Айне, казалось, щелкнул переключатель, и девушка, вздрагивающая до этого в беззвучных рыданиях, заревела в голос.

— Иванов, ты реально дурак!

— Да что я такого сказал-то!

— Да ты уже столько всего наговорил!

— Да ты конкретно скажи, что не так!

Рядом негромко завыл Алабай, подвывая в унисон Пылаевой.

— Алабай, ты-то куда! — вот ненавижу такие ситуации, когда не понимаешь из-за чего весь сыр-бор. — Алабай!

Но пёс, не обращая внимания на меня, протрусил мимо и, отпихнув мохнатым боком Громову, уткнулся свой башкой Айне в живот.

— Куда прёшь, блохастый, — Громова попыталась было оттолкнуть Алабя, но проще было сдвинуть с места столетний дуб. — Уйди, тебе говорю!

— Оставь её хоть ненадолго в покое, — мрачно бросил я, внимательно считывая эмоции ребят. — Как курица-наседка кудахчешь.

— За курицу позже ответишь, — пообещала Алексия, бросая попытки отодвинуть Алабая в сторону. — Вот видишь, что ты наделал?

— Во-первых, — нечеловеческим усилием я вернул себе самообладание и ровно продолжил, — у них здорово получается.

Айна с Алабаем действительно отлично спелись, на два голоса воя на луну.

И, судя по эмоциональному фону, острая стадия стресса вот-вот закончится и рыдания, надеюсь станут намного потише.

А то из-за их спонтанного концерта, у меня сейчас такое чувство, будто за нами наблюдает весь лес.

Ну да не суть. Сейчас главное разобраться с Громовой.

— Во-вторых, если бы ты сразу сказала мне в чем дело, мы сейчас себя не демаскировали в лесу, полном северян. В-третьих, я с трудом могу себе представить проблему, которую бы не смог решить род Пылаевых. В-четвертых…

— Нет больше Пылаевых, — Алексия вздохнула и устало сгорбилась. — Она последняя. И то, повезло, что у меня в гостях была.

— В смысле?

Услышанное не желало укладывать в голове.

Это что же такое должно произойти, чтобы целый род исчез с лица земли?

— По спине коромыслом, — мстительно отозвалась Алексия. — Что застыл истуканом?

Громова подхватила меня под руку и чуть ли не силой поволокла дальше в лес.

— Стой! — я понял, что Громова хочет отойти подальше, но то, что она тащила нас прямо к огромному муравейнику, меня категорически не устраивало. — За мной иди, и старайся не приминать траву.

— Не умничай, Иванов! — фыркнула Алексия, но тянуть меня в муравейник перестала.

Я же, стараясь вести Громову так, чтобы она не наследила, поднялся на пригорок, на котором, чуть наклонившись на юг, чахла худосочная сосенка.