– Значит, русских должно было весьма огорчить, что их партнеры не заняли главенствующего положения в парламенте Андалузии, – сказал Рамирес. – Но на что они надеются сейчас? Лукрецио Ареиас и Сезар Бенито, с которыми у них существовала договоренность, мертвы, и порешили их, как мы считаем, сами русские. Теперь же мы убедились, что проект на острове Картуха – вполне законный. И как может быть иначе? Его будет широко освещать пресса. После скандала, в который втянул «Банко омни» Лукрецио Аренас, банкиры будут вынуждены действовать осмотрительно, так, что не подкопаешься. «Горизонт», может, и станет прибегать к откатам, но это повсеместная практика, во всем мире иначе не работают. Как же, спрашивается, собираются эти русские влезть в проект?

– С помощью шантажа. По‑моему, это тоже обычная уловка всех мафиози, – сказал Фалькон. – Вот представь себе: когда остается всего несколько часов до торжественного подписания контракта, к тебе в номер отеля входят несколько крепких парней и показывают тебе диск, где ты совокупляешься и принимаешь наркотики, после чего говорят: «Вот дополнительное соглашение к вашему контракту. Сейчас вы его подпишете. Если не согласитесь, мы испортим вам праздник».

– А каким образом, вы считаете, это связано с Алехандро Спинолой? – спросила Феррера.

– Мне известно, что именно он познакомил Марису Морено с Эстебаном Кальдероном и что этот роман имел отношение к заговору, – сказал Фалькон. – Я уверен, что знакомство это через Спинолу инспирировали русские. А что касается данного строительного проекта, то и здесь Спинола чрезвычайно ценен для русских, потому что работает непосредственно у мэра и может снабжать русских, а также «Горизонт» закрытой информацией.

– Доказательств, что Спинола был другом Аренаса и Бенито, мы не имеем, – сказал Рамирес, – но Хуана Вальверде и Антонио Рамоса он определенно знает.

– Надеюсь, сегодня вечером у нас появятся доказательства, что именно он является связующим звеном между русскими и консорциумом «Ай‑4‑ай‑ти»/«Горизонт», – сказал Фалькон. – Но бросается в глаза, что весь этот хитрый план совершенно не учитывает две важнейшие фигуры.

– Альфредо Мансанареса из «Банко омни» и владельца «Ай‑4‑ай‑ти» Кортленда Фалленбаха.

– А проект включает в себя сооружение небоскреба «Банко омни», видимо, на деньги банка, – сказал Рамирес.

– Мансанарес захочет заграбастать все себе, – сказал Фалькон, – что, наверное, никак не устроит Спинолу, а следовательно, и русских, которые, возможно, прибегнут к насилию.

– Или испортят им просмотр, – заметила Феррера.

– Не хочется повторяться, – обеспокоенно заметил Рамирес, – но у нас есть серьезный повод попросить подкрепление для операции.

– Давайте взглянем сначала на то, как обеспечена охрана на месте, – сказал Фалькон. – К тому же не стоит забывать, Хосе Луис, что, может быть, ничего и не произойдет.

Они сверили часы. Рамирес тронулся от бензозаправки к отелю. Предварительно Фалькон позвонил, и, едва они приблизились, ворота открылись, и они подъехали к большому усадебному дому. Швейцар показал им укромное место для парковки. Они вышли из машины, разминая руки и ноги. Из кухни неслись аппетитные запахи дорогой еды. Швейцар провел их через кухню за приемной в кабинет управляющего.