Он остановился возле входной двери, дожидаясь, пока Тревис ее откроет.

Тревис протянул руку к дверной ручке, но саквояж начал выскальзывать из его руки. Он подставил под него колено, перехватил саквояж и прижал его телом к двери. Нашарил в темноте ручку и умудрился повернуть ее. Дверь открылась внутрь, и Тревис вместе с саквояжем ввалился в дом, чудом сохранив равновесие.

– Какой стыд, мистер Уайлдер, – с укором сказал Джек, входя вслед за ним. – Разве вам неизвестно, что сначала нужно пропускать старших? Неужели и вас коснулась грубость Американского Запада?

Тревис с громким стуком поставил саквояж на пол.

– Будьте осторожны, – строго сказал Джек. – Там лежат весьма хрупкие вещи.

Очевидно, они были не столь хрупкими, как спина Тревиса, которую ему удалось распрямить с некоторым трудом. Они вошли в вестибюль, где обнаружили Моди с Джиневрой на коленях.

– Моди, я рад, что вы еще не спите. Это Джек Грейстоун. Он хотел бы на некоторое время у вас поселиться.

Моди подняла голову.

– Вы именно его ждали, мистер Уайлдер?

Как она узнала? Должно быть, Моди слышала гораздо больше, чем им казалось.

– Нет, мадам, мы с мистером Уайлдером только что познакомились. По крайней мере мне так кажется, – заявил Джек, бросив любопытный взгляд на Тревиса.

– Ну, все равно, добро пожаловать. – Глаза Моди весело сверкнули. – Во всяком случае, до тех пор, пока вы готовы платить доллар в день. Надеюсь, вы не в обиде, что я не встаю, чтобы поздороваться с вами.

Она указала на спящую у нее на коленях кошечку.

Однако Тревис заметил зажатый у нее в руке платок, на краю которого выступило алое пятно.

Она слабеет. В последнее время большую часть работы в пансионе делает Лиза.

Сердце Тревиса защемило, но он так ничего и не смог придумать. Наконец появился Джек. Нужно сходить в салун и привести Лирит: одной ей небезопасно ходить ночью по улицам. Но не успел он об этом подумать, как в пансион вернулись Дарж и Лирит. Моди улыбнулась.

– Мисс Лили, мистер Дирк, мы с мистером Уайлдером очень рады, что вы вернулись. В последнее время я очень волнуюсь, когда вас нет дома после наступления темноты.

– В городе что-то не так? – спросил Джек, приподняв косматые брови.

– Полагаю, они вам все расскажут. Я слишком устала, чтобы говорить о таких вещах сегодня. Мисс Лили, вы не могли бы показать мистеру Грейстоуну его комнату? Я хочу поселить его в голубом номере на втором этаже.

– Конечно, – кивнула Лирит.

Моди попыталась встать с кресла, и Дарж быстро подошел к ней, чтобы помочь. Она с благодарностью похлопала его по руке и, опираясь на трость, шаркающей походкой вышла из гостиной. Несколько дней назад она переехала в комнату на первом этаже, Тревис и Дарж перенесли ее вещи со второго этажа вниз. Они услышали кашель, потом дверь закрылась, и стало тихо.

После того как представление закончилось, Лирит и Дарж принесли всем чай из кухни.

– Я должен поблагодарить вас за то, что вы привели меня сюда, мистер Уайлдер, – сказал Джек и подул на горячий чай. – Это заведение значительно уютнее обычной гостиницы. К тому же здесь гораздо дешевле – а я в последнее время изрядно поиздержался. Мое дело в Лондоне понесло неожиданные убытки.

– Вы имеете в виду пожар, – сказал Тревис.

Джек поставил чашку с чаем на стол, и в его голубых глазах появилась настороженность.

– Откуда вы узнали, что мой магазин сгорел?

Тянуть не было никакого смысла. Тревис опустил руку в карман и вытащил Синфатизар. Камень мерцал серо-зеленым светом.

– Вот это да, – удивленно проговорил Джек, потом у него на лице появилось понимание.