Сначала рыцарь был ошеломлен, потом встревожен, но затем облегченно вздохнул.

– Я рад это слышать, миледи. Мне никогда не хотелось, чтобы колдуньи были нашими врагами.

– Но, к сожалению… – перебила Эйрин, – большинство из них… Они сделают все, чтобы помешать воинам Ватриса. Они думают…

Он махнул рукой.

– Да, мы знаем, что о нас говорят. Колдуньи полагают, что мы поможем уничтожить Зею в Решающей Битве.

– Значит, вам известно о Разбивателе рун? – удивленно спросила Эйрин.

Тарус нахмурился.

– Нет, я никогда не слышал о Разбивателе рун. В наших легендах говорится о Молоте и Наковальне.

Эйрин сухо улыбнулась.

– Хотелось бы, чтобы в пророчествах хоть иногда звучали имена.

Тарус фыркнул.

– Да, тогда было бы намного легче. – Он подошел поближе к Эйрин. – Но я смущен, миледи. Сначала вы говорите, что мы не враги, а потом выясняется, что ваши сестры работают против моих братьев.

– Не все, – заявила Эйрин, вздернув подбородок.

Он посмотрел ей в глаза и кивнул.

– Значит, вы предаете колдуний.

Она поморщилась, вспомнив слова, которые произнес дракон Сфитризир.

А вот две дочери Сайи, которые обречены предать своих сестер и госпожу…

– Нет, я не предаю колдуний, – возразила она, стараясь говорить спокойно. – Так поступают другие, вот уже много лет, не желая взглянуть в глаза правде.

Его взгляд стал печальным и понимающим.

– Мне кажется, я вас понимаю, миледи. Среди тех, кто поклоняется Ватрису, есть рыцари, которые слишком много времени проводят в молитвах и песнопениях возле костров, в результате дым разъедает их разум. Они забывают о том, что значит быть воином – мы воюем не ради самой войны, наша задача в том, чтобы защищать и сохранять.

Эйрин невольно улыбнулась. Да, он ее понял.

Тарус притопнул сапогами.

– Мне пора. Пора выполнять поручение короля, как вы его назвали. Так о чем вы хотели меня попросить? Только не делайте вид, что вам ничего от меня не нужно. Мы дали клятву быть честными друг с другом, помните?

– Я хочу, чтобы вы смотрели во все глаза.

– Ну, это совсем нетрудно, миледи. В противном случае я не смогу удержаться в седле.

Она даже не пыталась скрыть обиды.

– Я имела в виду совсем другое.

Эйрин объяснила, что ей нужно, чтобы Тарус обращал внимание на любые проявления необычного. На глаза, наблюдающие из тени.

– А кого вы опасаетесь?

– Я не уверена. Более того, я не знаю, кто это может быть. Мне даже неизвестно, живое ли это существо.

Рыцарь застонал.

– Да, просто замечательно. Значит, я должен следить за неизвестными существами, которые прячутся в тени. Еще немного, и вы скажете, что Маленький народец существует.

Эйрин прищелкнула пальцами.

– Верно – совсем забыла. Не могли бы вы следить и за ними? В особенности возле Сумеречного леса. Мне кажется, они вновь зашевелились, а это может означать только одно: опасность близка, как в день Среднезимья.

На лице Таруса появилось тоскливое выражение.

– Вы говорите серьезно, да?

– Совершенно.

Он вздохнул и низко поклонился.

– Очень хорошо, миледи.