Да, Эйрин видела нарисованную старой гадалкой картину: гордая королева в голубом с мечом в руке выезжает из замка с семью башнями. Она напомнила ей видение, возникшее в кувшине с водой, которое показала ей королева Иволейна. Вот только в нем не было лежащего в траве мужчины с закрытыми глазами.

И вновь в ее сознании прозвучал скрипучий голос старой морниш:

Ты забыла о тех, кто страдал ради тебя…

И, как могучая прибойная волна, на Эйрин накатили воспоминания. Знойный день прошлого лета, побег из Кейлавера на восток вдогонку за Грейс. Ей удалось уговорить Лирит составить ей компанию. Однако их отсутствие будет скоро обнаружено. Необходимо найти способ сбить рыцарей короля со следа. Ее растущее могущество легко справилось с трудной задачей. Она поговорила с молодым слугой, заронив в его разум маленькое зернышко, – теперь, когда его начнут расспрашивать, он скажет, что видел, как леди Эйрин ускакала из замка на запад.

Тошнота подкатила к горлу. Вот почему он показался ей таким знакомым, несмотря на бессмысленное выражение лица и шрам на черепе.

Пожалуйста, не нужно его снова бить. Мой брат не хотел. Я прошу вас, миледи…

Теперь Эйрин понимала, что она скрывала от самой себя и от мира. Вовсе не уродство своей правой руки. Она прятала уродство собственной души.

Эйрин опустилась на колени, грудь мучительно ныла, и она вдруг отчаянно зарыдала.

– О, Мирда, что я наделала?

Глаза колдуньи были полны печали, но она нежно прикоснулась ко лбу Эйрин.

– Ты только что сказала себе правду, сестра.

– Я думала, что они жестоки, Мирда. Эти молодые колдуньи – Белира и ее друзья, которые смеялись надо мной во время Высокого Совета. Когда я столкнулась с ними, мне казалось, что я много лучше, чем они. Но на самом деле это не так. Они говорили гадости, чтобы обидеть меня, а я воспользовалась магией, чтобы сделать им больно, когда они надо мной смеялись. Точно так же я причинила боль слуге.

– Ты не обладаешь даром Предвидения, как твоя сестра Лирит, – сказала Мирда, стоявшая возле камина. Ее лицо, как и всегда, оставалось безмятежным. – Ты не могла знать, что он пострадает. Разве его сестра не говорила, что его случайно ударили по голове?

Эйрин сжала левую руку в кулак.

– Да, но это ничего не меняет. Если бы я все обдумала заранее, то могла бы предвидеть, что его накажут за обман. Однако мне ужасно хотелось догнать Грейс, я ни о чем другом не желала думать.

– А разве твой побег за сестрой Грейс не принес много добра? Разве вы не помогли Разбивателю рун положить конец огненной чуме?

– Это не имеет значения. То, что произошло потом, не меняет совершённого много раньше. Я поступила отвратительно, и в результате мир стал более жестоким.

Мирда кивнула, и хотя ее глаза оставались серьезными, на губах появилась слабая улыбка. Эйрин наконец поняла, что делает Мирда. Каждым новым вопросом колдунья подсказывает ей способ оправдать собственные действия. Однако Эйрин избежала искушения, хотя ей очень хотелось хотя бы чуть-чуть уменьшить боль в груди. Но ее боль – мелочь по сравнению с той, которую она причинила другим. Мирда устроила ей испытание, и Эйрин успешно его прошла, впрочем, какая разница?

– Ты нашла ложь в своей душе, сестра. – Мирда положила руку ей на плечо. – И больше не станешь себя обманывать. Тебе следует еще раз попытаться воспользоваться Паутиной жизни. Теперь ничто тебе не помешает.

Нет, теперь ничто не сможет ее сдержать. Но осталась ли в ней сила? Еще с прошлого Среднезимья Эйрин знала о своей способности причинять людям зло при помощи магии: она убила лорда Леотана.