Оставшиеся Отверженные все собрались возле деревьев, чтобы проводить их.

Сжимая список имен и описаний внешности, она помахала в окно, пока они выезжали на дорогу.

Когда они проехали десять минут, Букер выругался.

— Что?

— Оставил все хорошие диски в джипе.

Вздохнув, Кейтлин откинулась на спинку сиденья.

Вот уж действительно, поездка будет долгой.

* * *

Даже в темноте она видела покачивающуюся и шаркающую толпу, немертвый океан с постоянно сужающимся берегом.

— Возьмите, — сказал Натаниэль с заднего сиденья. — Не самый лучший вариант, но придется обойтись этим.

Протянув им обоим по паре пенопластовых берушей, он объяснил, что они все равно будут слышать шум передатчика, но это должно быть не так болезненно.

Закончив вставлять их в уши, Букер сказал:

— Ладно. Давайте заставим это красное море расступиться, да?

Щелкнув двумя переключателями на громоздкой металлической коробке на передней панели, Кейтлин включила радио и прибавила громкости.

Пронзительный однотонный сигнал заполнил машину.

— Опусти окна, — крикнула она. — Они должны ясно слышать звук.

Когда по ним ударил ночной воздух, она скрестила руки на груди для тепла и стала смотреть на огромное темное стадо, находившееся в четырехстах метрах от них.

Поначалу она думала, что сигнал не помогает.

Фрики не шаркали прочь так быстро, как она ожидала. Не то чтобы она когда-то видела, чтобы зомби бегали, но она ожидала, что они отпрянут как животные.

— Придется ехать медленнее, — сказал Букер, хотя его голос приглушался берушами. — Нельзя рисковать и врезаться в них.

Смертоносное балансирование. Достаточно медленно, чтобы дать фрикам шанс убраться, но не настолько медленно, чтобы привлечь внимание команд наблюдения.

Они знали, что за ними мог последовать беспилотник, когда машины спровоцируют сенсор движения, о котором говорил Макс. Но с этим придется смириться.

А потом, словно по сигналу, стадо начало расступаться в середине.

Гнилые тела разбредались направо и налево, отходя с дороги в окружающие ее поля.

Однако они не учли вонь.

Кейтлин со слезящимися глазами зажала себе нос и рот рубашкой, стараясь не издавать ни звука, пока они продвигались вперед.

Это не могло длиться дольше пяти минут, но ощущалось это как целая вечность — постоянное ожидание, что один из динамиков сейчас откажет, или сигнал не подействует на какого-то фрика, и тот бросится на машину.

Когда они приблизились к противоположному концу стада, она глянула в зеркало заднего вида на хэтчбек, ехавший за ними следом. Автомобиль был таким же невредимым, и хотя бы им не приходилось вдыхать вонь фриков.

Как только они оказались на безопасном расстоянии, Кейтлин отключила радио и передатчик.

— Ну, так и до сердечного приступа недалеко, — сказала она, вынимая беруши из ушей. — Мне не терпится повторить это с полным автобусом людей.

— Эй, ну хотя бы это сработало, — сказал Натаниэль, поерзав на своем сиденье.

Когда окна оказались подняты, в машине воцарилась оглушительная тишина.

Никаких смешков про «дела давно минувших дней» не предвиделось.

Кейтлин наклонила голову, прислонившись к холодному стеклу.

Оставалось всего-то три с половиной часа.

* * *

При пересечении границы штата Айовы желудок Кейтлин скрутило узлом.

— Мы уже близко, — сказал Натаниэль. — До колледжа ехать примерно двадцать минут.

— Что, если их там нет? — спросила она, кусая нижнюю губу.