В момент посадки Рафен на миг потерял сознание. Компенсирующий гель вокруг него поглотил большую часть динамической перегрузки, тем не менее от столкновения капсула зазвенела, как монастырский колокол. Потом пена осела и пронзительное шипение воздуха известило об открытии люков. Рафен уже стоял на ногах — удивительная физиология Астартес позволяла быстро преодолевать последствия контузии.

— За Императора и Сангвиния!

Призыв сорвался с его губ, и был подхвачен боевыми братьями. Рафен бросился прочь от капсулы. Огонь от взрыва вырвался из бойницы; потратив свою кинетическую энергию, капсула насквозь пробила два этажа крепости. Образовавшийся проход вел в полуразрушенную часовню, которой ранее пользовались имперские войска. В первый миг в глаза Рафену бросилась статуя Бога-Императора, обезглавленная и опаленная. Ненависть раскаленным ножом пронзила душу воина, и он огляделся: кого бы убить в отместку за бесчестье?

Поблизости он насчитал десяток Несущих Слово или больше — трудно было сказать точнее, поскольку прилетевшая капсула превратила их в месиво. Однако кое-кто еще вопил в растекшейся крови. А кто-то смог даже приподняться, чтобы нацелить болтер. Рафен переместился проворно, словно капля ртути. Избегая неуклюжей стрельбы раненого десантника-предателя, он послал в воина череду разрывных снарядов и прикончил его.

У входа в часовню согбенная фигура в капюшоне стонала, обращаясь к Рафену и протягивая искалеченные руки. Возможно, это был человек или какой-то сервитор, выживший во время долгой оккупации. Рафен шагнул к нему и одним ударом боевого ножа разом снес голову и капюшон. На освобождение пленных не было времени, к тому же этот человек, возможно, был ренегатом. Когда тело упало в лужу крови, Рафен внимательно его осмотрел. Если убитый был лоялистом, он уже стоял близ Золотого Трона.

Приблизился Люцио со своим загадочным дисплеем.

— Наше местоположение установлено, — сказал технодесантник, прочитав данные. — Мы в нескольких шагах от бреши.

Он указал направление по коридору. Когитаторы капсулы поработали хорошо: они привели максимально близко к главному направлению атаки. По приказу Сахиила все силы Кровавых Ангелов должны были собраться вместе и захватить центральную лифтовую шахту крепости. Как только ее возьмут, доступ ко всем этажам будет открыт.

Рафен позволил себе на миг задуматься о Корисе. Сейчас ветеран тоже был там, сражаясь и убивая во имя Императора, с каждым ударом меча приближаясь к собственной кончине.

— Держите темп! — крикнул он и перешел на бег. — Быстро и смертоносно!

Крепость Икари внешне напоминала конус вулкана и внутри тоже походила на природное образование, естественную пещеру. Каждый этаж цитадели оплетала сеть коридоров, по которым ездили вагонетки, доставлявшие людей и технику во все концы здания. Питание для вагонеток поступало из центрального колодца, который начинался на крыше башни и уходил вниз, под землю. Не кипящая магма, а рабочая сила давала жизнь крепости, и под имперским правлением она процветала. Несущие Слово взяли здание за один день благодаря предательству затесавшихся среди персонала и пробравшихся в башню культистов Нургла. Эти поклонники смерти распространили быстротечную чуму, которая выкосила защитников, открыв дорогу вторжению.

Фалкир, решив, что по логике вещей целью контрудара станет вход, усилил оборону крыши, отправив туда солдат и оружие. Он не ждал, что Кровавые Ангелы начнут пробивать себе дорогу сквозь скалу. Отделение Рафена собралось возле проделанной корабельными пушками бреши и обнаружило там резню, одну из тех, что прославили их орден.