– Их там немало. Хорошо, что мы здесь не одни. Оставшаяся часть армии совсем рядом, – сказал Рутил, возвращаясь с наблюдательного пункта, который находился в пятидесяти шагах от них.

– Я знаю, – пробормотал Квинт. – Однако кажется, что это не так.

Было трудно поверить, что Фабий, его четыре легиона и столько же союзных солдат даже ближе, чем противник. Их лагерь находился на холме, расположенном менее чем в миле.

– Ты прав. – Рутил сплюнул в сторону войск Ганнибала.

– Они будут здесь довольно быстро, если нас атакуют, – заявил Квинт с уверенностью, которой не чувствовал. – Нужны часы, чтобы построить армию в шеренги и начать наступление. Армия Ганнибала ничем не отличается от любой другой.

– Ты думаешь, Фабий вступит в сражение? – с усмешкой спросил Рутил.

Квинт знал, что имел в виду его друг. После целого лета, которое ушло на бесконечные марши и тренировки, когда у них на зубах постоянно скрипели песок и пыль, оставшиеся после грабивших римские фермы карфагенян, большинство солдат стремились поскорее вступить в сражение с захватчиками. Требия уже стала далеким воспоминанием; поражение при Тразименском озере не казалось таким ужасным, ведь тогда вражеское войско превосходило римское почти вдвое. Уверенности у солдат прибавилось не только после долгих часов тренировок в поле, но помогало и то, что Фабий и Минуций теперь вели за собой войско более чем в сорок тысяч человек.

– Этих сил должно хватить для разгрома гуггов, – каждый день говорили друг другу солдаты. – Пришла пора преподать Ганнибалу урок.

Квинт тоже размышлял на эту тему.

– Перевал удобно защищать. Если враг пойдет в атаку – а я думаю, что так и будет, – нам предстоит большое сражение. Время самое подходящее.

– Ха! Я совсем в этом не уверен. Старая Бородавка хочет любой ценой избежать серьезных схваток. Он не знает, как выигрывать сражения. Я готов поставить свое левое яйцо, что…

– На что, солдат? – Из тени появился Коракс с опасно засверкавшими глазами.

– Н-ничего, командир, – ответил Рутил.

– Кажется, ты назвал Фабия Бородавкой? – Голос Коракса стал нежным и одновременно пугающим.

– Я, э-э-э… – Взгляд Рутила метнулся к Квинту и вернулся к центуриону. – Да, командир. Ты не ослышался.

В ответ Коракс ударил Рутила в солнечное сплетение, и тот рухнул на землю, как мешок с зерном. Он открывал и закрывал рот, точно рыба, выброшенная из воды. Из горла вырвался тихий стон.

– На сей раз я сделаю вид, что не слышал тебя, – прорычал Коракс. – Но если ты еще раз оскорбишь диктатора, то будешь забит плетьми. Ты меня понял?

Рутил в ответ только кивнул – говорить он не мог.

Коракс повернулся к Квинту, который с трудом заставил себя сохранять спокойствие.

– А ты не так глуп, как твой друг.

– Командир? – в недоумении спросил Квинт.

– Мы получили приказ. Если гугги нас атакуют, вся армия примет участие в сражении. – Волчья ухмылка. – Мы больше не будем убегать.

– Замечательная новость, командир!

– Я тоже так думаю. – Коракс бросил на Рутила презрительный взгляд. – Когда дыхание к тебе вернется, я хочу, чтобы ты заступил на пост – до конца ночи.

Квинт начал расслабляться – на мгновение раньше, чем следовало.