Стив усмехнулся, качая головой.

— Если ты думаешь, что это худшая неудачная реплика, которую кто-то ляпнул в моем присутствии, ты ошибаешься. И да, я по-прежнему рад тебя видеть.

Поправив лямку своего рюкзака, она переступила с ноги на ногу.

— Во время следующей вылазки поищу пиво. В качестве извинения, — сказала она, сжав его руку. — Николь где-то рядом? Мне надо ей кое-что отдать.

— Посмотри в кафетерии, — сказал он. — Вы как раз вовремя к ужину.

Шагать по коридорам того, что когда-то было шумной школой, до сих пор казалось Кейтлин жутковатым. Витрины с трофеями и наградами запылились, но стояли на прежних местах. На стенах все еще висели пробковые доски с объявлениями для учащихся, поощряющими фразами об успехе, цитатами «отцов-основателей» или изобретателей, да кое-где объявлениями о тестах. Большинство шкафчиков переделали в баррикады для реже используемых выходов, но некоторые из них по-прежнему стояли в главном коридоре, запертые навесными замочками.

Свернув налево, она шла на звуки людей — голоса, звон столовых приборов по тарелкам, металлическое царапанье ножек стула или стола, когда люди шевелились.

Иногда она скучала по тишине равнин Среднего Запада, когда она колесила по дорогам с Букером и иногда с Николь.

А иногда гомон людей звучал лучше музыки.

Когда она вошла в кафетерий, ее немедленно осыпали радостными приветствиями со всех сторон комнаты.

Улыбаясь, она пыталась ответить всем, но некоторым успевала лишь помахать перед тем, как другой человек привлекал к себе ее внимание.

Как усталый дорожный Санта-Клаус, она сняла рюкзак и стала копаться в нем.

Принадлежности для рисования для Ванессы. Швейные иглы и нитки для Сестры Агнес. Диск с христианским роком для Алонзо. Бульварные детективы для Эдварда.

Презервативы для Натаниэля.

Их она решила отдать попозже, наедине.

Искать противозачаточные для своего бывшего бойфренда было вовсе не самой естественной вещью на свете, но на самом деле Кейтлин даже радовалась, что он двигается дальше. И судя по нескольким коротким разговорам, Брук была очень даже милой.

Добравшись до низа рюкзака, она вытащила россыпь погремушек и игрушек, которые они нашли для карапузов, и пошла между столиками.

— Макс, — позвала она, махая игрушками. — Надеюсь, эти подойдут, иначе нам придется тащиться аж в Юту, чтобы найти игрушки, которые ей понравятся.

Покачивая свою дочку Матильду на колене, Макс вздохнул с облегчением при виде мягкого желтого утенка.

— Она любит уточек, — сказал он, забирая игрушку у Кейтлин. — Спасибо. Может, теперь у нас будет немного покоя.

Вернувшись к столу с двумя тарелками, Дэвид улыбнулся и наклонился, приобняв Кейтлин перед тем, как поставить еду.

— Ты себе не представляешь, как много это для нас значит, — сказал Дэвид, и в его зеленовато-карих глазах проступила благодарность.

— Просто напоминайте ей каждый день, что тетя Кейтлин крутая, а дядя Букер слюнтяй, — сказала она, игриво погрозив пальчиком маленькой девочке, которая уставилась на нее, широко раскрыв глаза от восхищения.

— Эй, я все слышал, — крикнул Букер из-за соседнего столика, где он все еще раздавал найденные ими предметы.

Кейтлин усмехнулась.

— Я знаю.

— Хочешь я принесу тебе еды? — предложил Дэвид. — Парни ходили на охоту. Признаюсь, не считал себя любителем оленины, но теперь, почуяв ее, думаю, меня переубедили.

— Это хорошее мясо, — сказал Букер, подходя ближе. — Особенно если пожарить как стейк.