— Проснулась? — промямлил Букер, наполовину уткнувшийся лицом в одеяла.

Она улыбнулась, посмотрев на него.

— Едва-едва.

Буркнув что-то, он снова забурился под одеяла.

— Тогда еще пять минуточек.

Подтянув спальный мешок на его плечах, она ласково убрала прядь волос, упавшую ему на лоб.

У него до сих пор бывали кошмары, но уже реже. Иногда они были совсем плохими — разговоры во сне, холодный пот, резкое пробуждение, словно он готов был драться или бежать.

Теперь Кейтлин знала распорядок. Знала, как успокоить его, как говорить с ним, пока он все еще наполовину во сне, чтобы вернуть его; знала, как лучше всего убаюкать его обратно.

Она никогда не расскажет ему, что она также знала, как заблокировать его бьющие в разные стороны конечности, чтобы не получить фингал.

Тогда его сердце будет разбито еще сильнее.

Кошмары Букера также стали причиной, по которой они получили отдельную комнату почти в самом конце одного из коридоров. Небольшой класс, который, видимо, использовался для репетиторства или учеников с особыми потребностями. А теперь он принадлежал им одним.

«Нет худа без добра», — сказал Букер, смущенно улыбаясь, когда они занесли свои вещи и начали устраиваться.

— Ладно, — сказал он со стоном, переворачиваясь, чтобы потянуться. — Если ты будешь так громко думать, я с таким же успехом могу встать за компанию.

Кейтлин рассмеялась.

— Я и не знала, что мои мысли не дают тебе спать.

— Не только твои мысли, — пробормотал он, целуя изгиб ее плеча. — Не то чтобы я жаловался.

— Как ты можешь так флиртовать, когда еще даже не рассвело?

— Может, пробуждение рядом с тобой вдохновляет меня.

— Ого, — сказала она, усмехаясь. — Пожалуй, это самое слащавое, что ты когда-либо говорил мне.

Смех Букера приглушился его спальным мешком из синего нейлона.

— Что? Не сгодится как надпись на валентинке?

— Немного надо доработать, но ты на верном пути.

Когда она начала выпутываться из одеял, Букер потянулся к ней.

— Если мы проснулись, это не значит, что нам надо куда-то идти.

Кейтлин наклонилась и чмокнула его в лоб.

— Я чувствую лишь вкус вчерашнего чесночного соуса, — сказала она. — Просто почищу зубы и вернусь.

Изобразив лишь минимальный протест, Букер кивнул и перекатился на живот, обхватив руками подушку.

Взяв термо-леггинсы и ботинки, Кейтлин быстро оделась. Она подумывала натянуть лифчик под свою просторную кофту с длинными рукавами, но решила, что если в момент ее возвращения Букер не уснет и будет в настроении, то лифчик только помешается.

Школьные туалеты стали роскошью для всей группы.

Она не думала, что унитазы и раковины с проточной водой станут роскошью, которой они смогут наслаждаться ежедневной. Не говоря уж о работающих душевых в подвале. Температура не всегда была теплой и зависела от уровня пропана, но это все равно теплее, чем обтираться влажными салфетками и мокрыми тряпками с мылом.

Держа в руке зубную щетку и тюбик зубной пасты, Кейтлин в тусклом свете сонно плелась по коридору в сторону ближайшего туалета.

Убрав волосы с лица, она моргнула, глядя на красно-белую напольную плитку.

В одном из дверных проемов показался носок ботинка, и на мгновение ей показалось, что ее глючит.

— Доброе утро.

Кейтлин дернулась.

— О боже, — воскликнула она, от неожиданности вскинув свободную руку к горлу. — Сет. Привет. Прости, я тебя даже не видела.

— Все хорошо, — сказал он, прислоняясь плечом к косяку.