После их отъезда из Арканзаса прошло много месяцев, но она до сих пор старательно оставляла след для Джорджа и остальных.

Просто на всякий случай, говорила она себе.

Вопреки всему она сохраняла надежду.

Когда она сложила карту, собираясь спрятать ее в сумку, звуки быстрых шагов эхом прокатились по коридору.

Один… потом двое… трое человек пробежали мимо, и все говорили приглушенными паникующими голосами, которые она не могла разобрать сквозь дерево и бетон.

Нахмурившись, Кейтлин вскочила и распахнула дверь.

— Что…

Эдвард притормозил ровно настолько, чтобы махнуть ей.

— Гниляки прорвались через забор, — сказал он. — Оружие у тебя есть?

— Сколько? — спросила она, уже нагибаясь, чтобы схватить нож и револьвер из рюкзака.

— Не знаю, — сказал Эдвард, продолжая бежать в сторону опасности. — Алонзо сказал, тридцать или больше.

Сердце Кейтлин ухнуло в пятки.

— Эд, где Букер?

— Уже снаружи!

Дерьмо.

Пустившись бежать, Кейтлин за считанные секунды нагнала остальных.

Она вылетела из боковой двери как пуля, уже держа нож в руке.

Фрики шатались по маленькому дворику, поросшему травой — по пространству между зданием и футбольным полем, которое находилось ниже по холму — и пытались схватить ближайшее теплое тело.

Тридцать — это скромная оценка, и еще больше пробивалось через дыру в заборе именно там, где была колючая проволока.

Вопросы заполонили сознание Кейтлин, и ей пришлось отложить их до тех пор, пока им не удастся выжить.

Черные гниющие рты разевались, жадно ища живую плоть. Крючковатые грязные руки замахивались и царапали, атакуя всех, кто оказывался в пределах досягаемости.

Кейтлин взмахнула рукой, метя в глазницу ближайшего фрика.

Вонзив лезвие через глаз в череп, она вытащила оружие обратно, быстро освободив его и переступив через труп.

Покрутив головой, она попыталась сосчитать, сколько их людей находилось в самой гуще.

Пятеро, может, шестеро. Но она не видела Букера.

И еще больше фриков прорывалось во двор.

Кейтлин снова замахнулась ножом, вонзила его в висок следующего фрика и провернула.

Затем еще раз. И еще раз.

К шестому удару ее рука заныла, но она продолжала, очищая территорию дюйм за мучительным дюймом.

Это не станет их концом. Они выживали так долго не для того, чтобы погибнуть от заплутавшего стада немертвых говнюков.

Охнув, она пнула фрика в живот, заставив того повалиться на землю, и заколола другого ударом в подбородок снизу.

«Беги, беги, беги…»

«Защищай, защищай, защищай…»

Повернувшись, она заметила Алонзо, пытавшегося оттеснить фрика, и побежала к нему на помощь.

На полпути туда что-то схватило ее за лодыжку, заставив грохнуться на застывшую землю с испуганным воплем.

Фрик был частично завален другими трупами, что замедляло его атаку, но его гнилая туша все равно выглядела огромной под таким углом, пока он стонал, отчаянно желая укусить ее за опасно близкую лодыжку.

Пинаясь изо всех сил, она все равно не сумела высвободить свои джинсы из его хватки.

Одной рукой ухватившись за сухой заиндевевший газон, она попыталась достать пистолет из-за ремня на поясе.

Возня привлекла внимание двух других фриков, и те повернулись, шаркая в их сторону.

— Черт, черт, черт, — прохрипела она.

Сев, Кейтлин полоснула по руке схватившего ее фрика и едва не отрезала ее в запястье.

Она чувствовала это нутром.

Три секунды — это все, что было в ее распоряжении.

Недостаточно времени, чтобы встать и разделаться с обоими фриками, надвигавшимися на нее.