Найджел валялся в луже, вместе с моим новеньким электровелосипедом. Аккумулятор загорелся. Найджел бросил его в лужу, чтобы погасить. Он все еще дымился. Теперь уж ты точно понимаешь, что приходит мне на ум. Саботаж?

Замена аккумулятора обойдется мне очень дорого, но недовольство Найджела – самая высокая цена. Завтра он будет ездить на обычном велосипеде, так что – как он громко заявил – мой вело-Франкенштейн его не убьет. Он демонстративно выбрал красный велосипед, как у Дома.

Кстати о Доме – они с Лэнсом пропали на три часа. Три часа и тринадцать минут! Хочешь знать, где они были?

Глава 4

День 3, суббота. Сегодня перед нами открывается широкая дорога! Наша первая остановка – Парк-де-Полийе с его живописными садами, закрытыми пляжами и взрывной историей – когда-то это мирное местечко было фабрикой по изготовлению динамита.

* * *

Дрозды заливаются какой-то тяжелой рок-оперой на липовом дереве. Рядом просвистывает ветер, такой же шумный, как птицы. Лэнс обхватывает руками голову и стонет.

– Ну ты же сам виноват, – заботливо говорит Лекси. – Вино после стольких бутылок пива с папой.

Лэнс выдавливает из себя улыбку.

– Мы упражнялись во французском. Дос пивос, силь ву пле.

Мы с Лекси встречаемся взглядами и закатываем глаза. Она этим показывает, что считает Лэнса очаровательным, как щеночка, который грызет ножки пианино. А я – что я на самом деле не переживала, когда Дом и Лэнс пропали на несколько часов.

– Возьми. – Она протягивает Лэнсу бутылку «ВиталыГрин». – Электролиты и витамины.

Лэнс покорно делает пару глотков.

– М-м-м, чувствую нотки соленых ног.

Описание и правда подходящее. Я вчера продегустировала парочку. Но я знаю кое-что поинтереснее, и я совсем не прочь побесить Лэнса.

– В пятидесятых был один велосипедист, участник «Тур де Франс», который каждое утро начинал с двадцати яичных желтков с сахаром, – говорю я. – Хочешь попробовать?

Велосипедисты прошлого века также любили напиваться, объедаться красным мясом и выкуривать побольше сигарет – чтобы расширить легкие. А вот легендарный бельгийский велосипедист Эдди Меркс верил, что выпечка придает сил. Такую систему ценностей я разделяю.

Лэнс, морщась, возвращает уже пустую – похвально – бутылку Лекси. Она бежит к сараю, чтобы наполнить бутылку водой из кулера.

Угрожаю Лэнсу пальцем.

– Смотри не потеряйся сегодня.

– Ты совсем как мама, – говорит он.

– Как милая женщина, которая просто хочет нормально отдохнуть с семьей?

– Тушé, – говорит Лэнс. – Видишь, как я уверенно владею французским.

Дрозды разлетаются, все и сразу, крича, будто опаздывают на очередной музыкальный концерт. Проверяю цифры на часах и количество велосипедистов. Восемь сорок пять. Лекси подняла Лэнса с утра пораньше, чтобы снять какое-то видео. Конни и Филли только что подошли – разбирают свои сумки. Найджел скрывается под инжирным деревом, записывая свою эпопею. Манфред недавно пролетел мимо. Надя устроила себе тихий час на стене. Не хватает только Джудит и Дома.

Поворачиваюсь к Лэнсу. Самое время задать вопрос, который меня мучает.

– Как Джудит уговорила вас поехать на каникулы, еще и заграницу?

Лэнс поглаживает свою «туристическую» рубашку с гибискусами.

– Заплатила за мой билет.

Закатываю глаза.

– Ты меня понял. Твой папа, велосипеды?

Он пожимает плечами.

– Мама настояла. Папа работает как не в себя. Дома сплошной стресс. Мама уговаривает его выйти на пенсию, но это бред. Можешь представить их весь день дома или в доме на колесах? Они же переубивают друг друга.