Джону было тяжело на это смотреть. За все годы их знакомства он ни разу не видел, чтобы Трейси сложила салфетку. Сейчас он испытывал то, что ученые психологи называют «диссонанс сознания» – конфликт внутренних представлений с действительностью. Но за последние двое суток Джон обнаружил много различий между тем, что представлял себе, и тем, что было на самом деле.

После того как он поговорил с Бет, Джон пошел домой и попытался выяснить, что же на самом деле произошло – а не что он думал, что произошло, – между ним и Трейси. Проще всего было предположить, что Элисон соврала насчет помолвки Трейси с Филом. Сделала она это нарочно, чтобы развести их, или нет, Джон не знал и никогда уже не узнает. Зато он нашел Фила, и хотя ему пришлось поступиться своей гордостью, Джон был уверен, что гордость Фила пострадала не меньше.

Фил сидел в крошечной кабинке и, наверное, почувствовал себя униженным, когда все головы повернулись в его сторону, пытаясь понять, зачем один из небожителей спустился к ничтожному клерку. Фил с горечью подтвердил слова Бет.

Трейси подошла к его столу.

– Могу я принять заказ?

Джон опустил меню и посмотрел на нее. Трейси застыла от удивления, но храбро смотрела ему в лицо. Их глаза встретились, и все, что она чувствовала по отношению к Джону, было написано у нее на лице.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Трейси.

– Нет, что ты здесь делаешь?

– Я здесь работаю. Моя карьера в газете не удалась.

– Я слышал, ты была помолвлена с Филом?

– Это тоже не получилось. Я не хочу выходить замуж только потому, что потеряла надежду на счастье.

Трейси прикусила нижнюю губу, словно наказывая ее за лишние слова. Она опустил глаза в свой блокнот. Джон видел, с каким трудом она пытается держать себя в руках.

– Могу я принять заказ? – спросила Трейси.

– «Адам и Ева на плоту», – сказал ей Джон.

Трейси вздрогнула, как от удара. Она разорвала заказ и на минуту отвернулась. Джон не понимал, что происходит. Когда Трейси снова повернулась к нему, она возмущенно сказала:

– Это нечестно! Я знаю, что обидела тебя, но мне нужна эта работа. А ты меня дразнишь…

– Я не дразню тебя, – ответил Джон очень мягко. – Скажи, ты потеряла надежду на счастье с кем?

– А ты не догадываешься? – выпалила Трейси, бросила свой блокнот и попыталась уйти, но Джон успел поймать ее за руку. Она попробовала вырваться, но он повернул ее к себе лицом. Трейси опустила глаза, наполненные слезами.

– Правда, у нее красивые глаза? Я ни у кого еще таких не видел, – сказал он подошедшей к столу Молли.

– Прекрати издеваться надо мной! – крикнула Трейси, и из ее глаз потекли слезы. Она снова попыталась вырваться.

– Будь милым, – сказала ему Молли. – С нее уже хватит крутых парней.

– Так когда ты выходишь замуж? – спросил Джон.

Молли погрозила Лауре, которая выскочила из кухни, не будучи в состоянии пропустить самое интересное.

Трейси повернулась к Джону:

– Я же сказала тебе: я не выхожу за Фила.

– Конечно, – согласился он. – Ты выходишь за меня.

Трейси замерла, и Джон успел подумать, как прекрасна и совершенна каждая линия ее тела. Если бы он сам создавал ее, он не изменил бы ни одной черточки.

– Ты выходишь за меня. – На этот раз он вложил в эти слова всю свою любовь.

– Правда? – спросила Трейси, и Джон увидел, как изменилось ее лицо, как будто в безжизненном мраморе заструилась кровь и оживила его.