– Щука!

– Огромная!

– Ох, мать честная!

Всплеск ее прозвучал, как стартовый выстрел из пистолета. Под дерево, блестя на солнце одна за другой полетели блесны. Клим особенно хорошо забрасывал. С ювелирной точностью он попал именно в то место, откуда начали расходиться круги. Рядом, чпок, чпок, раздались конкурирующие шлепки.

Заброс у Клима оказался удачным, блесну кто-то решительно остановил. Зацеп? Нет!

Идет! Заскрипела катушка со сматываемой леской. Что-то большое и сильное попалось Климу. Он стал медленно вываживать. Дамы перешли на шепот.

– Не оборвет?

– Смотри, как спиннинг гнется!

Васька Кот, успевший быстро смотать леску, сделал новый заброс и попал блесной в середину дерева.

– Торопишься, как всегда!

– С деревом тащи!

А Клим подводил рыбу к борту парохода. И вот, когда на поверхности воды показался темный окрас рыбьей спины, кто-то ахнул:

– Большая какая!

– Щука!

– Если вытащит и ловить больше ему не надо.

– Климушка, я за тебя болею! – появилась рядом с ним хохотушка Ольга.

Подошли даже те, кто ловил с другого борта, привлеченные восхищенными возгласами. Клим медленно подвел щуку к борту и взял в руки подсачек. И вот тут выяснилось, что у него короткая рукоятка. Он перегнулся через борт, но до воды достать им не мог. Кто-то посоветовал:

– У Галушкина ручка длинная.

– Федя, дай подсачек!

Федя подгреб его под себя.

– Может быть и жену ему отдать?

– Федя!

Клим водил рыбину из стороны в сторону, держа натянутой леску. Достать ее своим подсачком не было никакой возможности. Кто-то снимал щуку на камеру. Действительно она была большой. Килограмм на пять не меньше. Попробуй еще такую поймай. Когда он попробовал ее поднять, остов спиннинга подозрительно хрустнул. Клим перехватил леску рукой и резко потащил щуку вверх. Он почти поддел ее подсачком, не хватило буквально нескольких сантиметров, когда щука сорвалась. Всплеск воды вызвал разные эмоции. Федя Галушкин злорадно ухмыльнулся и сказал:

– Есть Боженька на свете! Не любит он пижонов. Ха…ха…ха. А мы по маленькой, по маленькой, на червячка, на червячка.

– Ой, Клим, не расстраивайся, мы ее на кинокамеру засняли.

– Он что твое кино будет взвешивать вечером?

Лиза не ожидала от себя, что будет так болеть за кого-то. Ей несказанно было жалко, что у Клима сорвалась рыбина. Попадется ли еще такая, кто его знает. Она решила пройти на кухню и узнать насчет весов.

– Зачем они вам? – спросила ее директриса.

– Улов будем взвешивать!

– А вы кто?

Лиза сказала, что она организатор. У директрисы весы нашлись, со стрелкой и с чашечками. Передавая их Лизе, она сказала:

– Вот здесь внизу, если сдвинете незаметно, можно двести грамм при каждом взвешивании добавлять.

– Нам это не нужно!

– Людям хорошее делаешь, а они отказываются.

– Можно, я к вам часам к девяти загляну, тогда и заберу? = спросила Лиза.

– У нас все можно, только плати!

Лиза решила сходить к себе в каюту и по пути столкнулась с Климом.

– Сочувствую тебе! – сказала она.

– Сочувствовать потом будешь, – перебил он ее, – а пока слушай внимательно, если хочешь свой приз выиграть.

– Хочу, конечно!

Клим оглянулся по сторонам. Никого в коридоре не было.

– Сделай так, чтобы ты тащила бильярдные шары.