— Хорошо, сэр, я передамим, но...

— Обойдемся без обсуждений, сынок. Маленькая группа стояла под хмурым небом на неприветливой земле среди редких дубов и низкорослого кустарника в пойме Ред-Ривер на оклахомском берегу. В полумиле от этого места техасские полицейские обнаружили в кювете украденный «вольво». Одно открытие повлекло за собой другое: обнаружили угнанный «камаро», который когда-то был белым, а потом ставший оранжевым. Для маскировки машину укутали брезентом Эксперты рейнджеров опрыскивали машину специальным составом, чтобы снять с нее отпечатки пальцев. Нс Си Ди и без этого знал, что за отпечатки будут обнаружены: это были машины, угнанные Лэймаром на случай бегства. На машине, возможно, окажутся отпечатки пальцев четвертого члена банды, но на это рассчитывать не приходилось, слишком уж умен Лэймар.

Эти открытия, в свою очередь, похоронили последние надежды, родившиеся было у полицейских на оклахомском берегу. Здесь в жирной почве были найдены прекрасно сохранившиеся следы автомобильных шин совершенно неизвестной машины. Си Ди мысленно восхитился талантом Лэймара предусмотреть любую мелочь. Он очень толково все спланировал и приберег напоследок легальную машину, а не угнанную, которая наверняка будет числиться в розыске. Когда банда будет окончательно отрываться от полицейской погони, она сделает это на машине, которую никто не будет проверять, а если и проверят, то ни к чему не смогут придраться — все будет законно, от номеров до покрышек, комар носу не подточит. Все же какой умница этот Лэймар.

Си Ди сделал вид, что ему надо собрать еще кое-что в окрестности, и быстро отошел в сторону. На самом деле ему надо было срочно для ясности ума глотнуть немного его любимой «харперовки», отдающей дымом степного пожара. Он был слегка возбужден, а сделав несколько глотков, успокоился и стал намного лучше соображать. Он завернул пробку и, засунув бутылку в коричневый бумажный пакет, положил ее обратно в карман.

Он зашагал назад и при этом не мог отделаться от странного ощущения, что все уставились, на него одного, но в смущении отводили глаза, когда он приближался. Все, за исключением, конечно, молодого капитана Типпахоу, лицо которого выражало только напористость и нетерпение.

"Где ты был, Типпахоу, когда у меня случилась перестрелка с Люком-Тоником и индейцем Джо Брауном? Где ты был, когда я получил шесть дюймов железа в брюхо от сумасшедшей Салли Поуг и мою жизнь спас лишь револьвер сорок пятого калибра, из которого я успел выстрелить прежде, чем она перерезала мне горло? А что ты можешь сказать о том моменте, когда мне пришлось в 1966 году столкнуться лицом к лицу с двумястами разгневанными гражданами Джем-Сити, но я спас от расправы двух ниггеров, не имевших ни малейшего отношения к изнасилованию миссис Маклинток? Где ты был. Типпахоу?"

Но Типпахоу ничего не знал обо всем этом, да, похоже, и знать не хотел. Он отступил назад, снял шляпу и поправил свою прическу, сделанную в дорогой парикмахерской. В его поведении чувствовалось ощущение собственного превосходства.

Си Ди, глядя вниз, рассматривал рубчики и углубления следов протекторов, которые под действием сильного ветра на глазах теряли четкие очертания. Каждый порыв ветра сдувал с поверхности следов добрую четверть дюйма земли.

«Где же чертовы бандюги», — подумал он. Он не хотел, чтобы рейнджер занимался этим делом. Он доверял только своей команде из 05В1. Ему вдруг захотелось сделать еще глоток бурбона.

— Да, кажется, дело затянется надолго, — проговорил Типпахоу.