— Папа, папа, папа.

— Джефф, есть одна вещь, которую сын обязан знать об отце. Это не герой, это обыкновенный мужчина, который всю жизнь тяжко вкалывает и так же, как все, делает ошибки. Я просто слишком сильно расслабился. Мой старик много пил и колотил меня. Он рано довел до ручки маму, и я думал, что если я буду лучше, чем он, то смогу в жизни кое-чего добиться. Но теперь я вижу, что, если я и стал лучше, чем он, это не значит, что он был полным дерьмом.

Они долго ехали молча.

— Ну теперь, — произнес наконец Бад, — я знаю, что я сделаю. — Подумав о будущем, он глубоко вздохнул. — Я сделаю это. Я могу это сделать. Ты же знаешь, что я могу.

— Ты опять говоришь неправду?

— Джефф, я никогда не обманывал тебя. Да, я лгал твоей матери. Когда-нибудь, когда ты станешь пожилым мужчиной, и к тебе проявит интерес молодая красивая женщина, и ты не найдешь в душе сил сказать ей «нет», тогда ты поймешь, что это такое.

Сын посмотрел на него. Лицо его опухло от слез и было искажено страданием. Он не сказал ничего.

— У тебя сегодня игра? — спросил Бад.

Джефф кивнул.

— Тебе разрешат играть?

— Не знаю.

— Как это так? Я отвезу тебя на игру. Потом я поеду к Холли и все скажу ей. Я очень многим ей обязан. Мне придется сказать ей все прямо и без недомолвок, ты понимаешь меня? А потом я приду домой и расскажу твоей матери, каким плохим мужем я был. Я попрошу ее простить меня. Может быть, она простит, а может быть, нет. Но лжи больше не будет, в этом я клянусь тебе. Хорошо? С враньем и обманом будет покончено. Потом, когда в школе завершатся занятия, мы поедем в какое-нибудь приятное путешествие. У нас есть небольшие сбережения, но поехать куда-нибудь всей семьей это же важнее, чем копить деньги. Я приведу дом в порядок, клянусь тебе, Джефф.

Мальчик ничего не ответил. Потом едва заметно кивнул.

Когда все были в сборе, он изложил им свой план действий.

— Итак, — начал он. — Мы сделаем это так. Во время игры мы не предпримем ничего.Слишком много народу, слишком большое движение. Может произойти слишком много неожиданностей, их не предусмотришь и бороться с ними трудно. Мы повиснем на хвосте у проклятого Бада Пьюти и проводим эту сволочь до дома. Мы подождем, пока он облобызается со своим семейством и займется своими домашними делами. Потом мы взломаем дверь и начнем стрелять. Мы изрешетим ему все стены. Мы убьем его сына и жену, и всех, кто окажется в доме. Я хочу, чтобы Бад понял, что такое потеря близкого человека. Я хочу, чтобы он страдал так же, как страдал я. Потом я срежу С него его лицо и мы уберемся оттуда. Вы поняли меня?

— Ты хочешь убить всех? — спросил Ричард. Его начало тошнить.

— Сынок, тебе не нравится такая работа? Она тебе не по нутру? Тебе, я смотрю, совершенно нипочем, что я избавил тебя от ниггеров, которые сделали бы из тебя бабу для своих прихотей, что я спас тебе жизнь у Денни, что я вытащил тебя из реки? Тебя совершенно не волнует, что этот коп в стольких местах продырявил малышку Оделла? Ричард — это атака, рейд. Это чисто мужское дело. Ты должен принять его всерьез, метко стрелять и положить их всех. Да, всех,всю семью. Итак, или ты идешь с нами, или мы оставляем тебя здесь, но счастливой жизни в этом случае я тебе не обещаю. Ты не станешь бойскаутом.

— Я смогу это сделать, — сказал Ричард. Забавно, но он сейчас сам себе верил. В конце концов, это же чисто механическая работа: наводишь пистолет и нажимаешь на спусковой крючок. Главное — не слишком задумываться и не искать в этом какого-то высшего смысла.

— Ты, Рута Бет.