«Револьвер надо перезарядить, надо перезарядить револьвер», — говорил себе Бад, вытаскивая из подсумка второй барабан с шестью патронами. Его он тоже уронил. Потом он вспомнил об оружии Теда и попытался вытащить из кобуры его пистолет, но клапан кобуры не поддавался. Тед от отчаяния дрожал крупной дрожью. Из раны за ухом текла кровь, на лице запеклись пятна крови. На ногах тоже были кровоточащие раны.

— Я ничего не вижу, — простонал Тед. — О Боже, Бад, я ничего не вижу.

— Успокойся, успокойся, — повторял Бад, пытаясь осмыслить ситуацию. Он подобрал зарядное устройство и ухитрился вставить патроны в камеру барабана. Он повернул предохранитель, и патроны вошли в патронник, он замкнул барабан и оглянулся в поисках цели. Цели не было.

«Машина, — подумал он. — Надо добраться до радио и вызвать подкрепление. Делай это! Делай это сейчас!»

— Тед, я попробую добраться до машины.

— НЕ ОСТАВЛЯЙ МЕНЯ, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ОСТАВЛЯЙ МЕНЯ!

Он бросился вверх по лестнице на кухню. В голове металась одна-единственная мысль: бежать, выбраться отсюда!

Он выбежит во двор, а оттуда махнет в поля. Он просто исчезнет, пока они тут стреляют друг в друга. Они найдут его позже. Он сумеет их убедить, что не имел с братьями Пай ничего общего.

Ричард был уже на полдороге к кухне, когда раздался первый выстрел. Он громыхнул еще громче, чем вчера, когда Лэймар стрелял в потолок. Это было похоже на сильные удары кувалдой по огромному пустому котлу.

Ричард немедленно упал на пол лицом вниз.

Бум! Бум! Бум!

Это было нескончаемо. Грохот нарастал и нарастал. Он никогда не предполагал, что ружья стреляют так громко! Он лежал на полу и плакал.

«Господи, не оставь меня!»

Он заметил какое-то движение за углом дома и дважды выстрелил туда, затем поднялся, чтобы бежать к машине, но в это время тяжелый удар вырвал землю у него из-под ног, пистолет отлетел в сторону, и Бад не видел, куда он упал. Идти он не мог. Он попытался ползти.

— НЕ ОСТАВЛЯЙ МЕНЯ! — отчаянно крикнул Тед. Он протянул руку и последним усилием схватил Бада за лодыжку. Бад вырвался и попытался ползти дальше. В этот момент он увидел над собой громадную фигуру Лэймара Пая.

— Ну, здорово, папаша, — сказал Лэймар.

— О Господи, — выдохнул Бад.

— Да, сэр. Если бы я был на твоем месте, то тоже стал бы думать о душе, мистер Легавый.

— Чтоб тебе... — ругнулся Бад.

— О, я смотрю, ты упрям, как бык, да? Оделл, иди сюда, посмотри, кого мы заполучили. Парочку копов. — Он вновь повернулся к Баду: — Мне понравилось, как ты под огнем перезарядил свой револьвер. Это было здорово. Надо отдать тебе должное — ты профессионал.

Просто тебе не повезло. Тебя перехитрили. Оделл, отними у другого парня пушку.

Оделл Пай, неправдоподобно огромный, с растрепанными рыжими волосами, с лицом, испятнанным угрями и веснушками, подошел к Теду, который лежал на земле скорчившись и истекая кровью. Оделл пнул его в спину, от боли Тед распрямился, и Оделл взял у него пистолет.

— Пушка, — гордо сказал Оделл, подавая Лэймару «смит-и-вессон» Теда.

— Да, Оделл, это она — пушка. — Лэймар снова повернулся к Баду. — Ну что, папаша, если ты этого еще сам не понял, то могу, так и быть, сказать, что твоя песенка спета. Я никогда не убивал копов, этим дерьмом занимались другие. Но я помню, что много лет назад именно вы, легавые, убили моего старика. Меня самого тогда еще на свете не было.

— В рот тебя... Пай и ту кобылу, которая родила тебя на свет.