Надо признаться (вот только здесь, в дневнике), мне эта супружеская постельная жизнь не приносит удовольствия. Я воспринимаю это как долг. Серьезно. Конечно, мне нравится, когда Рома меня обнимает, когда целует, но то, что он делает потом, — нет. Я бы могла спокойно обойтись и без этого. Не знаю, как это вообще может нравиться. Думаю, что многие женщины такие же, как и я, просто играют роль страстных любовниц, чтобы угодить своему мужчине. Чтобы он потом друзьям не сказал, мол, у меня жена — бревно.

Но я не могу играть. Я вообще лежу с закрытыми глазами и терпеливо жду, когда же все это закончится. И даже радуюсь, когда после всего Рома отворачивается от меня, пробормотав «спокойной ночи», и почти сразу же начинает храпеть.

Он храпит, а мне это нисколько не мешает. Я тихо, на цыпочках, стараясь его не разбудить, сразу иду в ванную, чтобы привести себя в порядок, и тоже ложусь спать. Ложусь лицом к его спине и каждый раз не решаюсь приобнять его. А вдруг он проснется и ему это не понравится? И вот порой держу так руку над ним, не зная, как мне поступить, ну а потом просто засыпаю.

Мы познакомились с ним совершенно случайно, Роман с отцом приехал к нам на ферму, чтобы поговорить с моим отцом о каких-то своих делах. Мы держим коз, много коз, и продаем молоко и брынзу. Но в основном, конечно, выращиваем кукурузу, подсолнечник, пшеницу. Я даже не помню, о чем точно шел разговор, кажется, Виктор Александрович, мой будущий свекор, хотел взять кредит, чтобы тоже купить то ли коз, то ли овец, и ему надо было с кем-то посоветоваться на этот счет. Он купил землю в соседнем селе, и планов у него было, что называется, громадье.

Так вот, наши родители разговаривали, а я предложила Роману холодного компота. Сказала, что принесу из холодильника. Я-то думала, что он останется в саду, за столом, но он пошел за мной. Сказал, что жарко, что у него болит голова. Он зашел за мной в дом и, оказавшись в нем, с облегчением вздохнул: как же здесь хорошо, прохладно! В нашем доме даже в самую жару всегда прохладно, мы редко включаем кондиционер, разве что на втором этаже.

Я предложила ему компот, который сварила утром из вишни и яблок, и он с наслаждением выпил. Потом мы поговорили о том о сем. Он спросил, правда ли, что я сама дою коз. Я рассмеялась, сказала, что у нас целый штат работников.

Потом они с отцом уехали, но уже на следующий день он приехал уже сам. На своем стареньком «Форде». Пригласил в Москву, погулять, выпить кофе. Мы живем неподалеку от Сергиева Посада, от Москвы примерно семьдесят километров. Не так уж и далеко.

Я позвала отца, Роман отпросил меня, как школьницу. И мы поехали… В Москве мы провели целый день. Гуляли по парку, обедали в ресторане, много разговаривали. Роман прямо сказал, что хочет семью, детей. Наговорил мне комплиментов. И у меня закружилась голова. В ресторане я не чувствовала вкуса еды, так волновалась. У меня были, конечно, парни, я встречалась с одноклассником, который потом вдруг неожиданно перебрался в Москву и даже перестал мне звонить и отвечать на мои звонки и эсэмэски. Потом познакомилась с молодым человеком, который приезжал к нам с матерью за брынзой для своего магазина здесь же, в Сергиевом Посаде. Он тоже пытался ухаживать за мной, но, как я поняла позже, его мать не одобрила его выбор, и вскоре он женился на своей соседке, молоденькой учительнице начальных классов. Вот, по сути, и вся моя скромная личная жизнь. В пору моего знакомства с Ромой я как раз училась на агронома, проходила ускоренный курс по выращиванию с/х культур как в открытом грунте, так и тепличных комплексах, парниках и гидропонных системах.