Требования выкупа, карты и инсценировка – все это практически безошибочно указывало на то, что преступник знаком с принятыми в полиции процедурами.

Я предположил, что похититель ранее служил в полиции или работал частным детективом или охранником, но в последние шесть-девять месяцев безработный.

По моему мнению, в его жизни была целая полоса неудач, в результате чего он лишился работы и, должно быть, расстался с женщиной; я был почти уверен, что он по меньшей мере один раз развелся и что у него были проблемы с бывшей женой или постоянной подругой. В период безработицы он мог также совершить какое-то правонарушение, из-за чего был задержан. Большинство людей с несдержанным характером, из-за которого их увольняют, совершают не одно, а целый ряд правонарушений; их склонность к нарушению порядка только усиливается после потери работы. Пожалуй, он обладал вспыльчивым нравом и не мог сдерживаться, особенно после потери работы и близкой женщины. Если он раньше работал в полиции, то, возможно, водит машину, похожую на полицейскую, последней модели, темной расцветки, оборудованную любительской рацией или устройством, работающим на полицейской частоте, с расположенной на заднем крыле либо в центре капота антенной.

Как читатели уже знают по описанным выше случаям, многим убийцам нравится изображать из себя лиц, наделенных полномочиями, чтобы контролировать ситуацию и жертву. В некоторых случаях – не таких уж и редких, как мне хотелось бы, поскольку я почти всю жизнь проработал в правоохранительных органах и уважаю большинство служащих, – такое же желание демонстрировать власть в своих бесчестных целях испытывают и люди, которым каким-то образом удалось устроиться в полицию. Иногда бывает так, что они превышают полномочия или совершают некий проступок, недотягивающий до настоящего правонарушения, но тем не менее достаточно серьезный. За это их увольняют, а при приеме на следующую работу они утверждают, что их уволили из-за конфликта с начальством – что тоже достаточно распространено, – и им удается снова занять место в правоохранительной структуре. В шестой главе я писал про Джерарда Шефера, который несколько раз переходил из одного полицейского департамента в другой.

В Дженоа мой профиль позволил выявить двух основных подозреваемых: один был 31-летним полицейским, уволенным из департамента за сожительство с восемнадцатилетней девушкой; а вторым был мужчина, который когда-то служил в соседнем департаменте, а за девять месяцев до описываемого случая его уволили с должности детектива железнодорожной полиции. Первый мужчина всячески предлагал свою помощь в расследовании, даже чересчур охотно. Такого рода поведение часто служит маскировкой преступника, желающего узнать, чем занимается полиция, чтобы быть на шаг впереди нее. Хотя я не советовал агентам из Кливлендского отделения пользоваться полиграфом при допросе подозреваемых, потому что настоящим психопатам часто удается «обмануть прибор», тем не менее они решили подвергнуть первого подозреваемому тесту на детекторе лжи. Потом позвонили мне и сообщили, что подозреваемый прошел тест. Я уточнил, было ли подтверждено его алиби, а они ответили: «А зачем? Он же прошел тест на полиграфе». Так первый бывший полицейский был вычеркнут из списка подозреваемых.

Второго мужчину звали Джек Голл, и он казался весьма подходящим под описание профиля. У него были проблемы с женой, им совместно принадлежала небольшая база отдыха с несколькими домами на берегу озера Мичиган, которую они пытались продать. В Мичигане, после увольнения Голла из железнодорожной полиции, его арестовывали за кражу со взломом.