– Босс? – спросил Гейб. – Так скоро? Ну‑ка, проверь.

Дэнни повернулся и пошел наверх. Вскоре на лестнице послышались еще шаги, и в зал вошел высокий негр в длинном теплом пальто. Оглядев зал, он отступил в сторону, пропуская Г. Д., который ворвался внутрь с выражением вопросительным и агрессивным одновременно. Его лицо было наполовину скрыто темными очками‑техно; круглая, наголо бритая голова походила на пушечное ядро. Последним в зал спустился Дэнни.

– А мне тут нравится, Ламонт! – объявил Г. Д., оглядываясь по сторонам и сверкая зубами. – Шикарное местечко! – Его взгляд остановился на мне. – А‑а, белый пижон‑адвокат! Я же тебе сказал – достань мне эти деньги, но ты не послушался, а теперь у тебя серьезные проблемы. – Он увидел Элисон и сдвинул очки на лоб. – М‑м, а ты кто такая?

– Я – управляющая рестораном, и…

– Какая? Направляющая?… Мне будешь направлять? – Он показал пальцем на Ха. – Что тут делает этот древний китаеза?

– Он здесь работает, – ответила Элисон, – и не имеет к происходящему никакого отношения.

– Работает?… Наверное, убирает в сортире после белых джентльменов.

– Мистер Ха квалифицированный повар. Шеф‑повар.

– Вот как? И на чем он специализируется, этот узкоглазый? – Не дожидаясь ответа, Г. Д. снова повернулся к нам и взмахнул рукой, явно наслаждаясь своей властью. – О'кей, займемся делом. Нужно поскорее разобраться в нашей проблеме, потому что мой дядя лежит в своей крошечной урне и ждет, чтобы я довел дело до конца. Его дух говорит мне: сделай все по справедливости, парень! Человек, который тридцать лет работал не покладая рук, не заслужил, чтобы его бросили подыхать на морозе, нет! Моя тетка все время плачет и просит, чтобы я что‑то сделал для семьи. Они оба не дают мне покоя ни днем ни ночью, и я решил: пусть отвечает тот, кто виноват. Но моя тетка говорит – тут что‑то не чисто. Ей не понравилось, что ей сказали в полиции, а кроме племянника у нее никого нет, и денег тоже нет. Я просто обязан довести дело до конца, слышите, вы? Мне наплевать, сколько времени на это потребуется; у меня целый день свободный. Правда, сегодня вечером я еду в Филадельфию, но до тех пор времени у нас навалом. – Г. Д. посмотрел на меня и улыбнулся, заметив, насколько неуютно я себя чувствую. – Ты ведь меня помнишь, белый пижон? Не забыл про мою склонность к анти‑блин‑общественному поведению?

– Не забыл, – сказал я.

– Хорошо. Итак, где твой босс?

– Рейни? Я не знаю.

– Так позвони ему.

– Попробую.

Я достал телефон и набрал номер Джея. Ламонт – новый телохранитель Г. Д. – направил свой револьвер на Элисон и Ха, Гейб взял на прицел Поппи. Телефон звонил, но никто не брал трубку.

– Его нет дома, – промолвил я наконец.

– Тем хуже для тебя. – Г. Д. вытащил из кармана позолоченный автоматический пистолет и повернулся к Поппи.

– Это ты тот самый Поппи, о котором я так много слышал? – спросил он.

Тот пожал плечами:

– Я сказал все, что знал.

– Ты убил моего дядю Хершела?

– Его никто не убивал. Все было совсем не так…

– Тетя сказала: он примерз к трактору.

Поппи поднял голову.

– Это я работал на тракторе – я, а не он. Хершел просто проходил мимо. Он увидел меня, подошел и спросил, что я делаю. Хершел разравнивал землю на участке неделю назад, вот он и испугался, что я что‑то испорчу, что‑то сделаю не так.