– Расплывчатые координаты, – соизволил открыть рот Аркадий, глядя на густо растущие кусты по обочине дороги. – А точнее?

    – Не помню… – Кармен натянула поводья, и мул остановился. – Темно было. Еду по лесу, вдруг рядом что-то – бух! Я испугалась, давай мула подгонять, а тут слышу, как из-за деревьев чей-то голос доктора зовет…

    – Стойте, сеньорита… – замер приготовившийся спрыгнуть с облучка Аркаша. – Вы же вроде сказали, что это ваш друг?

    – Ну…

    – Вы его сами видели? – тихо спросил Хайден.

    Испанка виновато опустила голову:

    – Нет… Но я слышала! Он звал на помощь!

    – Какая прелесть, – проронил медик, осматриваясь. – Так я и знал. Доверяй после этого женщинам… Ладно, раз уж мы сюда притащились – пойдемте искать болящего! Если он, конечно, за ночь не оклемался и не слинял себе преспокойно…

    – Не поворачивай вспять, недоверчивый лекарь! Давно уж, – скрипуче донеслось вдруг откуда-то из-за дерева, – здесь тебя жду!

    – Это он! – подпрыгнула Кармен. – Вот! Я же говорила!

    – Странно он как-то разговаривает… – проронил Хайден, на всякий случай не вешая меч обратно на пояс. – Леди, вы пока побудьте тут, мы сами посмотрим…

    – Эй! – позвал медик. – Ты где?! Давай вылазь по-быстрому, я по лесу с радаром бегать сегодня не настроен…

    – Слева глухой овраг, – ответил тот же голос, – ива над ним склонилась, ветви скрывая в траве… Сразу увидишь.

    – По-моему, он не в себе! – вынес вердикт барон, глядя на Аркадия. Тот ухмыльнулся и покачал головой:

    – Нет, старик! Кажется, мы с тобой на поэта-диссидента нарвались… Это же хокку!

    – Кто?!

    – Не кто, а что, – попытался объяснить вирусолог, продираясь сквозь ветки к указанному неизвестным «другом» Кармен оврагу, – хокку – это такая стихотворная форма. Японские трехстишия.

    – Какие?

    – Ладно, замнем до поры… – махнул рукой Аркаша. – Так. Иву вижу. Щас вот вылезет какой-нибудь самурай… и устроит нам показательное харакири!

    Кармен с нетерпением ерзала на деревянном сиденье и тянула шею, стараясь разглядеть в густых зарослях орешника растворившихся в зеленой листве товарищей. Уже минут пятнадцать, как ушли и все назад не возвращаются! А если что-нибудь случилось? Как это было неосмотрительно с ее стороны – отправить их к человеку, которого она и в глаза-то не видела! Если бы он не дождался их и ушел – это было бы еще ничего… а вдруг задумал что плохое?! С минуту посомневавшись, девушка решительно спрыгнула на землю, накинула поводья на ветку и ринулась следом за своими попутчиками. В какую сторону идти, ей подсказала примятая двумя парами ног высокая трава и кое-где сломанные нижние ветви деревьев. Где-то за неглубоким оврагом слышались знакомые голоса. Кармен воспрянула духом и, перепрыгнув через поваленную, по всей видимости, недавним ураганом старую иву, остановилась.

    – Аркадий? – только и сказала она.