Княжна сидела в кресле возле окна и даже не повернулась на звук моих шагов. На низком пуфике подле нее примостился Петруша и тоже едва мне кивнул. Оба были бледными и выглядели подавленными. Я поздоровался и остался стоять. Никто не рисковал нарушить молчание. Состояние их понять было не сложно, как и отношение ко мне, свидетелю их ночного «непотребства». Я не стал ходить вокруг, да около и сразу перешел к сути дела:

    -  Вы, что еще не поняли, что произошло ночью? - в лоб спросил я.

    Мне не ответили. Маша водила пальчиком по подоконнику, Кологривов сидел, низко опустив голову.

    -  Нас всех загипнотизировал князь Иван! Думаете только вы одни этим занимались? Весь дом!

    Молодые люди вскинулись и удивленно посмотрели на меня, не понимая, правду я говорю или издеваюсь.

    -  Как это может быть? - севшим голосом, спросил Петруша.

    -  Думаю, что он так хотел убить и заодно и опозорить Машу, - объяснил я. - Мне удалось вовремя понять, что происходит. И знаете, кто нас всех здесь загипнотизировал? Сергей Петрович!

    -  А он-то здесь причем? - наконец подала голос и княжна.

    -  Этого я не знаю. Может быть, он связан с Иваном или тот его заставил делать против воли. Когда он сбежал, сразу все прекратилось.

    -  Но, как же, - начал приходить в себя Кологривов, - а как же матушка?

    -  Она спала и ничего не слышала, - успокоил я заботливого сына.

    -  А вы, Алексей Григорьевич? - тихо, спросила княжна.

    -  Я? Я тоже спал, а когда услышал что творится в доме, вышел и застал Сергей Петровича в гостиной. Хотел его задержать, но он сбежал, а мой пистолет дал осечку.

    -  Какой стыд! - вдруг воскликнула княжна и горько заплакала. - Я больше не хочу жить! Теперь мне выход в петлю или в монастырь!

    -  Марья Николаевна! Ангел! - бросился к ее ногам Кологривов. - Это я во всем виноват! Если вы только сможете меня простить! Умоляю вас, станьте моей женой!

    -  Ах! - воскликнула Маша и прижала его повинную голову к своей груди.

    Я хотел поздравить обрученных и сказать: «finita la comedia», но понял, что тут меня уже никто не видит и не слышит, лишь, скорбно вздохнул, и вышел из покоев. Вышел, чтобы тут же наткнуться на виконта де Лафера. Он был мрачен и грозно шевелил усами. Я приветливо поздоровался. Он не ответил и холодно сказал:

    -  Мосье Крылофф, вы сегодня ночью допустили бестактность и должны дать мне удовлетворение!

    -  Полноте, виконт, - примирительно сказал я, - я не хотел вас обидеть. Сегодня ночью весь дом оказался под действием животного магнетизма и если бы я вас… не прервал, то вы бы, - я покопался в памяти, но не нашел в своем бедном французском лексиконе подходящее слово и заменил его другим, - замучили мадам до смерти.

    -  Что вы этим хотите сказать?! - возмутился француз.

    -  Расспросите своих солдат, что тут было ночью, и все поймете. А если вас это не удовлетворит, то я всегда готов к вашим услугам.

    -  Погодите, - сказала он совсем другим тоном, и удержал меня за рукав. - Объясните толком, что произошло и какой еще к чертям магнетизм?

    Пришлось ему вкратце рассказать.