Но… поздно.

Гидравлика уже работала и шлагбаум медленно опустился прямо перед капотом.

Я ударил по тормозам. Шины завизжали. На такой скорости шлагбаум не снести, даже нет смысла пробовать.

Бампер остановился в сантиметрах от шлагбаума. Еще чуть-чуть и мы бы влетели под состав. Мужик в форме у будки вцепился себе в волосы, как будто увидел привидение. Позади уже были слышны знакомые моторы. «Чироки» шли следом.

Я молча достал пистолет, который отобрал у Козлова. Посмотрел на старика дежурного и коротко кивнул. Тот все понял и побежал в свою будку.

Свет железнодорожного сигнала мерцал, поезд стремительно приближался. Из-за поворота донесся протяжный гудок состава. Минут пять и шлагбаум будет снова открыт.

Света сидела, не мигая. Линда прижалась к ней, ничего не понимая.

— Саша… — прошептала Светка, как будто молясь.

Я повернулся и взглянул на нее.

— Сейчас сядешь за руль и поедешь. Как только шлагбаум поднимется — газ в пол. До дачи доедешь, — и я назвал ей адрес, коротко пояснив дорогу. — Только машину во двор загони, поняла?

Мне казалось, что я слышу, как стучит ее сердце и как замерло мое. Хотелось сказать ей многое, но времени не было. Да и слов подходящих тоже.

— А ты… Саш, он не оставит меня на мне оформлены документы. И он убьет тебя!

— Почему раньше не сказала? Что он тебя бьет, что с бумагами что-то не так? — строго спросил я.

Света отвела взгляд.

— Потому что я не хотела портить твою жизнь…это был мой выбор!

Я знал что Козлов мутит, но что втягивает Свету… сукин сын. Витя, Витя… неправильной ты дорогой пошел.

— Уезжайте. Я не дам им вас тронуть, — пообещал я.

Я проверил затвор ПМ и вышел из машины.

Светка с совершенно каменным лицом выскочила из автомобиля и села за руль. Линду посадила рядом на пассажирское сидение. Удивительно, но девочка даже не пыталась встать, как будто понимала, что происходит.

Светка вцепилась за руль, бледная, как простыня. Она дрожала всем телом, хорошо понимая, что случится, если Козлов доберется до нее. Я снял с себя крестик и надел на ее шею. Мой оберег с небольшой вмятиной. Когда-то крестик спас мою жизнь, остановив пулю. теперь я хотел, чтобы сила которого уберегла меня тогда, помогла моей сестренке.

— Я в тебя верю, все будет хорошо… — шепнул я и захлопнул дверь.

Путь от машины до переезда прошел спокойно, не торопясь, сжимая в руке пистолет, как последний довод. Джипы уже подъезжали. Один чуть накренился после того, как я протаранил «девяткой» его переднее колесо.

Я поднял руку, навел на покрышку первого. Один выстрел и резина начала медленно сдуваться. Вторая пуля пробила колесо второго «Чероки».

Бойцы выскочили, навели стволы. Один поднял «калаш», другой пистолет. Но никто не стрелял. Ждали команды Козлова.

Я остановился, поставив ноги чуть шире плеч. Палец лег на спуск. Козлов вылез с заднего сиденья «Чироки», пошатываясь. Лицо перекошено, губы дрожат, а в руке бутылка водки.

— Ну стреляй, Саша, — сказал он, в упор глядя в глаза. — Убей. Убей своего брата!

Он медленно пошел ко мне. Бойцы держали меня на прицеле, но Витя слишком хорошо знал меня. Знал, что я не стреляю просто так.

— Ну⁈ — заорал он, подойдя вплотную. — Че встал⁈ Давай! Убей меня, тварь! Думаешь, я не знаю, что ты Светку хочешь⁈ Хочешь забрать мою семью?

Он ударил меня в грудь слабым, пьяным кулаком. Я не ответил. Просто смотрел в его покосившиеся глаза.

Витя сделал внушительный глоток из бутылки. Лицо его исказилось, стало звериным, отталкивающим.