Она никому не смогла бы объяснить, что чувствует. Это отчетливое ощущение ловушки, челюстей, которые смыкаются и вот-вот поглотят ее, хотя внешне все хорошо. С ней такое было уже трижды.

В первый раз – почти двадцать пять лет назад, в холодные декабрьские выходные. Нужно было готовиться к экзаменам в университете, но родители настояли, чтобы она приехала на рождественскую вечеринку, которую устраивали в их районе. Туда приходили семьями – есть пироги, петь хором, пить горячее вино с корицей. Нора помнит, как ей было неловко, когда она, в слишком толстом пальто и теплых сапогах на стершейся резиновой подошве, поскользнулась и опрокинула стол со сладостями. Она помнит недовольные лица тех, кто смотрел на пол, усыпанный раздавленными эклерами и брауни; помнит несколько секунд тишины, как будто все вокруг замерло, чтобы усилить ее стыд. Она помнит молодого человека, который опустился на колени рядом с ней и встревоженно сказал, что у нее на лбу синяк. Он представился: Эдуа́р Бауэ́р, но лучше просто Эдди. Он любезно помог ей подняться, и атмосфера в зале тут же изменилась: не только потому, что между ними промелькнула искра – стоило их вспотевшим, перепачканным пальцам соприкоснуться, – но еще и потому, что Эдуар Бауэр был не просто кем-то там.

Он был сыном «хозяев замка» – так называли владельцев огромного дома из кирпича, возвышавшегося над другими домами; их слепящее богатство заменяло дворянский титул. Возможно, она раз или два встречалась с ним в детстве. Потом Эдди отправили в престижное закрытое учебное заведение, и он превратился в блестящего и уверенного в себе молодого человека, который, следуя по стопам влиятельного отца, пробуждал в окружающих те же зависть и алчность, надежды и фантазии.

Именно тогда Нора впервые увидела ловушку: в настороженных взглядах Лоретты и Вальтера Бауэр, которые, заметив интерес сына, внимательно разглядывали ее с головы до ног, и в довольной улыбке ее родителей. В сделанной мимоходом фотографии, на которой они с Эдди уже выглядели как пара. Ей показалось, что между их семьями заключается негласный договор: милая девушка, умная и талантливая, но значительно менее обеспеченная, чем юноша – родители Норы уважаемые люди, врачи, но капитала у них нет, – не бросит тень на династию Бауэров, соединив с ней свою судьбу. А взамен обретет завидное положение в обществе и финансовую стабильность.

В мгновение ока перед Норой будто прочертили прямую дорогу, окруженную такими высокими стенами, что через них никогда не перебраться. Она увидела себя – крошечную марионетку среди готовых сожрать ее великанов. Этот образ задержался перед ее глазами всего на несколько секунд и вскоре исчез, его спугнул стук ее бешено бьющегося сердца – в этот самый момент она влюбилась. Как и Эдди, который уже потерял от нее голову. С тех пор их любовь только усиливалась, и Нора была уверена, что никогда в жизни не будет счастливее. Когда Эдди сделал ей предложение, то́ видение явилось из глубин ее памяти как обжигающая пощечина – Норе было стыдно, что она запятнала историю их любви дурными мыслями.

Во второй раз это произошло, когда они переезжали в новый дом. Нора была взволнована и абсолютно счастлива: этот дом был всем, о чем они мечтали, – огромное старинное здание с просторными, залитыми светом комнатами, с деревянными балками, с восхитительным садом, где росли кедры и магнолии, и с пристройкой, в которой по индивидуальному проекту оборудовали мастерскую, – и все это в очаровательном и спокойном маленьком городке.